Должница

И вот я почти свечусь святостью, ужинная этим вечером с Одинцовым.

(Всем, кому интересна история дочери Одинцова, Варвары, приглашаю в роман «Слепая ревность»).

– Ну что вы. Она меня так и не полюбила, зачем девочке такая участь? Я умею принимать поражения, – зарабатываю еще один плюс в свою копилку. Одинцов должен мне доверять, как себе. Что он, в принципе, и делает. И ведь умный мужик. Много добился, шел по головам, но оступился. Знал бы он, чей я сын, ужаснулся бы.

– Ладно, оставим это уже бесполезный разговор. Ты мне лучше вот что скажи. Должность у тебя хорошая, но не засиделся ли ты в кресле прокурора?

– Всему свое время, – опускаю приборы, откидываясь в кресле.

– Но у тебя все схвачено? Если нужна помощь – обращайся.

Киваю. Скоро ему понадобится помощь. Но никто не поможет. Кусаю щеки изнутри, чтобы не оскалиться.

Одинцову кто-то звонит, а я отворачиваюсь к окну, думая о том, как невыносимо сидеть за одним столом с врагом. С тем, кому хочется свернуть шею одним резким движением. Только удовлетворения мне это не принесёт. Я не хочу его смерти. Я хочу его падения и жалкого существования, а там он сам застрелится.

Слышу смех. Очень знакомый смех. В первые секунды мне даже кажется, что этого не может быть. Лиса была настолько разбита и подавлена, вряд ли будет развлекаться. Я, в конце концов, дал ей время побыть наедине с собой. Я слишком давлю. Елена всего лишь женщина, несмотря на кажущуюся дерзость, слабая женщина. Уязвимая. От ее душевного равновесия зависит вся пьеса. Хотя… Это я себя обманываю. Не в этом дело. Тут все гораздо глубже. Меня с ней связывает нечто другое…

Оборачиваюсь, чтобы убедиться, что это все же не она. Но мне не кажется…

Это Лиса.

Сука!

Какая же она всё-таки дрянь!

Дерзкая рыжая дрянь. Актриса, мать ее! Изобразила депрессию, чтобы встретиться с мужиком. Маленькая, хитрая шлюшка! И ведь я повёлся. Поверил, как идиот.

Стискиваю челюсть, осматривая пару. На Лене, как всегда, яркое безвкусие. Какое-то радужное платье с открытыми плечами. Но в Лисе есть стать и женственность. Парадокс в том, что даже вот это безвкусие она умеет носить так, что ей идет. Привлекает внимание. Чертова ведьма. Рядом с ней тот самый дипломат. Да, я навел справки, мне важно знать, кто крутится рядом с ней. Я знаю о Лисе гораздо больше, чем она думает.

И вот этот смазливый мудак обнимает Елену за талию и ведёт ее к заказанному столику. Смотрит на нее так, словно имеет на это право.

– Зайди ко мне во вторник, обсудим дело Терентьевой. Там хищение в крупных размерах, но есть смягчающие обстоятельства, – говорит мне Одинцов, киваю, пытаясь выглядеть сдержанно, хотя все мое внимание привлекает пара, которая меня не замечает. Нутро начинает гореть от ярости.