Победитель должен умереть

Проливы проходили, ощетинившись орудиями, готовые к бою. По большой воде шли на виду противника, который «садился на пятки», болтаясь в кильватере эскадры. Боевые корабли оттирали суда противника от конвоя.

Разгружались спешно, как на пожар, освобождая причалы для нового конвоя. На берегу выстраивались прямоугольными коробками бронетехника и орудия. Боеприпасы стаскивали во временные хранилища. Тут же разворачивали палаточные лагеря для солдат и офицеров, сооружались блиндажи и «щели».

Обратно транспорты шли с пустыми трюмами, как вылизанные дочиста консервные банки.

Мировое сообщество роптало. Дипломаты, рыча, отбивались от сыпавшихся со всех сторон нот протеста, врали напропалую про выполнение ранее заключённых контрактов и переброску гуманитарной помощи.

И тащили, тащили новые конвои…

Ситуация изменилась, когда подтянулся Шестой флот. В море вошли вражеские авианесущие ударные группы. Встали в территориальных водах. Над караванами и портами повисла палубная авиация.

Очередной конвой застрял на рейде, блокированный вражескими эсминцами. Подходы к портам были закрыты.

— Что будем делать?

— Давить на психику! Подымай флот!

Против фишек чужих авианосцев встали наши боевые корабли. Их было меньше и вооружение было пожиже, но они притёрлись к чужим бортам на расстояние прямого выстрела, готовые открыть огонь. А где-то там, на дно, тихо прилегли подводные лодки, вслушиваясь ушами акустиков в шум винтов кораблей.

— Пеленг.

— Классификация…

Флоты перемешались как слоёный торт. Каждый пас каждого.

Все замерли, потому что никто не мог ни на что решиться, понимая, что война — это не манёвры, хотя и готовились, и отрабатывали до автоматизма, до слова и жеста. До безусловного подчинения…

Грузы зависли.

Моряки плавились в железных коробках, стоявших на якорях.

— Что делаем?

— Подгоняй десантные баржи!

Подогнали, перегрузили личный состав и лёгкую технику, минуя порты, подошли к берегам, уронили аппарели, сбросив груз на мелководье, куда не могли зайти чужие корабли.

На аэродромах заходили на посадку набитые солдатами транспортники.

Успевали, как могли.

Но всё равно время работало против «синих», потому что воздушные и морские коридоры закрывались, а зашевелившиеся союзники начали формировать сухопутные десанты для помощи национально-освободительному движению. Нужно было на что-то решаться. И если бить, то теперь, пока они не перебросили во фронтовую полосу «голубые» и прочие разноцветные «каски», на хвосте которых прибудут боеспособные части коалиции.

Обратились к Верховному:

— Союзники пока пассивны. Через неделю-другую они нарастят своё присутствие, и мы рискуем нарваться на международный скандал.