Зелёная долина

Таким образом, они тоже предали меня, своего кагана. Солонга лишается всех прав, всего имущества, подаренного и приобретённого в нашем браке и изгоняется в предгорья со всем своим родом, который также лишается всего имущества, приобретённого за годы нашего брака. Всё, что было у этого рода до брака, они могут забрать с собой. Горбаш, – обратился он к начальнику своей охраны. – Проследи, чтобы не прихватили лишнего. Уразаш, необходимо изъять у них все амулеты и надеть контрольные ошейники, чтобы не могли шаманить и колдовать. Жить будут своим трудом. Выезд за пределы предгорья им запрещён. Установите там магический контур.

Солонга, которую перед этим подняли из ямы и привели в юрту, презрительно фыркнула и смачно плюнула под ноги уже бывшего мужа.

– Ты всегда слишком пристально смотрел в сторону людей, Рарег. Я говорила твоему отцу, что незачем отправлять тебя в академию. Кроме глупостей у людей нечему научиться. Кто теперь будет преумножать твои богатства, Рарег?! Кому ты доверишь рудники с самоцветами и несметные стада овец?!

– Как говорят на Земле: свято место пусто не бывает, – усмехнулся каган и спокойно ответил: – Найдутся люди. Увести и проследить за исполнением, – кивнул каган Горбашу и отвернулся от бывшей жены, совсем не обращая внимания на её крики и проклятья. Было ясно видно по его жестам, мимике, что судьба бывшей жены его теперь совершенно не волнует и этой женщиной он не дорожит.

Маша же смотрела на Солонгу с ненавистью и не скрывала этого. Эта развращённая властью бабёнка пыталась использовать смерть её сына для достижения своих целей. Тварь! Такого Мария простить не могла и не собиралась этого делать. Наказание кагана Маше показалось даже слишком мягким, и она не выдержала:

– Рарег! Мой сын ещё не пришёл в себя. Я требую справедливости!

Солонга, которая в этот момент поравнялась с ними, влекомая к выходу нукерами Горбаша, злорадно рассмеялась:

– Твой щенок всё равно сдохнет, человечка! Ни одна орчанка не будет делить постель с человеком! Синега – дура, но мы поможем ей избавиться от навязанного жениха! Мать – дух степи поможет нам! Урр-аг! – протяжно и призывно выкрикнула она имя местного бога войны.

Запнулась на выходе из юрты, когда её подтолкнул нукер, но расхохоталась ещё сильнее, взметнув к небу кулаки. Крики Солонги замерли за стенами юрты, и каган продолжил свою речь.

– Мой старший сын Сурбек разочаровал меня. Не таким я видел наследника своего рода и своего дела. И ведь он получил человеческое образование, но ума не набрался. Моя вина в этом есть. Слишком долго и слишком часто он оставался на попечении Солонги и её родичей, а ведь закон степи для всех один: подростки-мальчики с пятнадцати лет уходят из семьи в отдельную юрту для юношей под надзор опытных нукеров.