Ведьмина доля

Хрупкие огоньки сновали от потолка к полу, замирая у стен, и я смотрела на них, и подбирала, подбирала, до одури и помутнения в глазах.

…она пахнет осенью. А это… Мутная неподвижная вода в чаше замолчавшего фонтана. Холодные глаза — водная гладь, зеркальная и скрывающая эмоции, как у «кошек»?.. Россыпи желто-красной листвы и пожухшая трава — сухое шуршание на ветру, по тротуарам. Веснушки и осенний цвет волос?.. И сухое шуршание, горькое, тихое. Голос. Тихий. Шу…

Я досадливо поморщилась и глянула на Гошу недовольно. Он вопросительно приподнял бровь. Я посмотрела на носки пыльных кроссовок, сосредоточенно втянула носом воздух, но запах потерялся. И унес с собой образ, который я почти подобрала, почти угадала, и если бы не… Спугнул, зараза любопытная… Но голос — это… важно. Голос — тембр, интонации — изменить сложнее, чем цвет волос.

— Пришли, — проворчала в ответ на вторую выразительно изогнутую бровь. Как специально сбил, а…

Достав из кармана куртки медальон, я смяла его в левом кулаке, и кожу защекотала пушистый клубок света. И печать Круга вспыхнула крошечным солнцем. Прижав левую ладонь к символу-«замку», правой я толкнула внутрь дверь, ухватила наблюдателя за запястье и втащила в полутемное помещение. Дверь за его спиной смачно грохнула. Стены «заплакали» крупными золотистыми «слезами». И на сей раз вовремя лопнул воздушный карман. Капли мгновенно сменили порядок, выстраиваясь в круги, и мы оказались меж двумя «воронками».

— Что это за магия?.. — мой спутник зачарованно уставился на стену, «пылесосом» вбирающую ворохи пыльных бумаг.

— Не знаю, — я пожала плечами, потирая зудящую ладонь с печатью Круга. — Придумка одной из Верховных.

Длинное узкое помещение гудело и вибрировало, «забирая» принесенное, капли золота вращались кругами и спиралями, вызывая головокружение, и я упрямо уставилась на дверь напротив. Неприметная, узкая, запертая, ведущая в старые подвалы. Как-то раз я ее вскрыла, перепутав со входной, но нашла за ней лишь кипы старых папок и ушла разочарованной. Абсолютно безопасна. Была. Сейчас она меня… смущала. Нечисть не чуяла опасности, да и защищен центр — дай боже как, но…

— А?.. — я отвлеклась.

Круги распались, воздух успокоился, и капли вновь мягко струились по стенам, от потолка к полу, порождая золотистый сумрак. Наблюдатель собрался в информационную нирвану и только что руки не потирал довольно.

— Да, можно, — я всё отдала архивам, даже дневники Изольды Дмитриевны. — Руки на стену — и задавай вопросы. И смотри… кино. Только «червяки» щекочутся, имей в виду. Некоторых это отвлекает.

И опять уставилась на дверь. Да что ж такое… Ни посторонних запахов, ничего подозрительного… кроме того, что что-то подозрительно.