Супружеский долг

С момента приезда этого французского прыщика она все время пребывает в состоянии крайнего раздражения.

— Добрый день, леди Эмма! — Блейк одарил ее улыбкой, покорившей сердце не одной женщины, чем бесконечно рассердил друга.

Эмори ожег его яростным взглядом и также приветствовал свою леди:

— В чем дело, жена?

Эмма приступила к делу без обиняков:

— Почему ты не на примерке, Эмори?

— Мои примерки закончились, — сухо проговорил муж и, когда она недоверчиво наморщила лоб, пожал плечами: — Можешь спросить у него сама, если хочешь, но этот французский фрукт сказал, что сегодня я ему больше не нужен.

— Но мои примерки заняли три дня! — воскликнула Эмма.

Эмори наклонился к ней и прошептал:

— Еще бы, ведь у тебя есть что мерить! — И он с озорной улыбкой окинул взглядом ее фигуру.

Эмма погрозила мужу пальцем и повернулась, чтобы продолжить путь к конюшням.

— Жена?

Эмма оглянулась:

— Что такое?

Эмори сурово посмотрел на нее и, когда это не возымело никакого действия, ткнул пальцем в землю перед собой Эмма со вздохом вернулась и встала прямо напротив него.

— Куда это ты направляешься?

— Мне надо собрать в лесу кое-какие травы.

— Возьмешь с собой шесть человек.

Эмма сморщила нос, но спорить не стала. Не успела она сделать и двух шагов, как Эмори вновь окликнул ее.

Эмма остановилась, оглянулась и при виде сурово выгнутой брови мужа со вздохом вернулась.

— Муж мой, у меня нет времени расхаживать туда-сюда. Скоро стемнеет.

Эмори задумчиво посмотрел на нее и, склонив голову набок, поинтересовался:

— Что ты делаешь со всеми этими сорняками, жена?

— Я… варю целебные отвары, — невольно краснея, залепетала она.

— Хм… — Эмори склонил голову в другую сторону. — Ты разве больна?

— Нет. Разумеется, нет."

"— Тогда кто же болен? Ты, по-моему, отправляешься собирать их чуть ли не каждый…

— В замке много народа, милорд, — торопливо перебила его Эмма. — Кто-то всегда болеет. — И, переведя дыхание, нервно добавила: — Это все, муж мой?

— Да. То есть нет… — поправился он, вспомнив, зачем позвал ее. Он решил, что сейчас настал подходящий момент сообщить ей, что не желает, чтобы французишка шил ей хотя бы одно платье черного цвета. — Я хотел поговорить с тобой о нарядах, которые шьет тебе этот французский сурок…

— Слушаю, милорд.

Эмори поколебался, но все-таки продолжил:

— Я не хочу видеть тебя в… В общем, воздержись заказывать… Чтоб де Ласси не шил тебе ничего черного!.. Все твои платья должны быть яркими!

Эмма удивленно посмотрела на мужа, а он бережно взял один шелковистый локон ее блестящих волос и, перебирая его в пальцах, произнес, понизив голос:

— Пусть будет несколько золотых платьев, как то, в котором ты была тогда… Таких же сияющих, как твои волосы.