Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов

Засучив рукава, взялась за работу, прежде обработав ладони в рисовой водке – тут старик и вовсе вылупился на меня, думал, наверное, что мне для храбрости надо, ан нет – всё для дезинфекции. После чего кипячёной водой и чистой тряпицей тщательно очистила рану. Прокипячённым же ножом осторожно удалила нежизнеспособные ткани. Приготовленным крепким настоем из собранных у берега растений, обильно промыла рану.

Пока настойка впитывалась, сделала дренаж из второй тряпицы – нужно было обеспечить отток гноя. Затем наложила сухую повязку из чистой ткани, плотно, но не туго зафиксировав её."

"Мне бы иглу и нитки, но с этим пока повременю – в ране гной, швы накладывать нельзя – сначала следует добиться полного очищения.

– Перед сном мне нужно будет повторить всё то же самое, – отчеканила я, закончив вливать в рот Аоки настойку. Благо корней я нарвала целую охапку, хватит для лечения. Лишь бы сработало.

– Молись богам, Биелля-сан, чтобы твои знания помогли Аоки-сан, – негромко сказал Масаши-сан и, забрав нож, кувшинчик с саке, вышел из клетки.

Так прошли ещё трое суток. Аоки медленно, но верно шла на поправку: жар постепенно спал, хотя бледность и слабость ещё оставались. Рана начала очищаться, но до полного выздоровления было далеко. У женщины появился аппетит, но бодрствовала она мало: большую часть времени спала, и это было правильно – организму нужны силы для восстановления.

Вечером третьего дня моего невесёлого путешествия в новом мире, когда нам раздали по глиняной миске с отваренным рисом и кружку воды, что-то неуловимо поменялось. Даже сам воздух словно загустел.

Суматошно оглядевшись, поняла, что не одна это ощущаю. Стража подобралась и хмуро зыркала по сторонам. Из ножен они вынули острозаточенные кривые клинки. И замерли в напряжённых позах.

– Что-то не так… – прошептала Аоки, тоже приподнимаясь.

Я вцепилась в прутья клетки, чуть не протиснув между ними свою голову – до того всеобщее нервное состояние передалось и мне.

– Аоки-сан, смотрите! – успела крикнуть я, когда из близкого к дороге лесочка выскочили какие-то люди.

Сколько их было? Уж точно больше наших охранников, да и ростом нападающие превосходили японцев, впрочем, отличались и цветом кожи – она была иссиня-чёрной.

Самое страшное – схватка проходила совершенно молча, были слышны только резкие удары стали о сталь, и тяжёлое дыхание сражающихся.

Я следила за всем происходящим, широко распахнув глаза, может, поэтому успела заметить летящий в нашу телегу предмет – дымящий и шипящий.

– Ложись! Держи клетку крепко! – проорала я женщине, позабыв о принятых здесь обращениях. Аоки от неожиданности вздрогнула и обернулась ко мне, уставившись на меня ничего не понимающими, полными ужаса глазами.