Доктор Барченко (СИ)

Глаза ""боярина Хренова"" были мутны и пусты.

- Ты куришь опиум?

- Какой опиум, где его взять, буркнул З., насушил местных трав, голова раскалывается. Откуда ты взялся? Я думал, ты умер!

- Я тоже так думал, но мы сейчас говорим, значит, ошиблись...

Они говорили о войне до поздней ночи. Александр обмолвился, что в Лемберге спас от уничтожения рукописи перевода Корана на польский и - частично - на украинский язык.

Герцог поразился.

- А где они сейчас?! С собой?!

- Нет, оставил на квартире, в своем кабинете. Если хочешь, завтра привезу.

Привези, конечно, я сгораю от любопытства! Он проделал огромный труд, этот твой Лисицкий...

- Лисенецкий. Абранчак-Лисенецкий - поправил Барченко. Или Амбрамчук, я не расслышал четко его фамилии.

Ехал домой, твердо помня, что должен отвезти рукописи герцогу.

Там Александра встретила заплаканная Наталья.

- Что случилось? - изумился он.

- Крыса! Большущая черная крыса! Сидит на полке в твоем кабинете!- всхлипывала жена. Я ее шваброй, а она нагло смотрит и не уходит...

- Она ела бумаги?

- Какие-то грызла, где малороссийским наречием написано...

Барченко метнулся в кабинет и вырвал - именно вырвал - у черной крысы - рукописи из Лемберга. Пропало всего три листа: два украинских, один польский, у остальных крыса изгрызла края, не повредив текст.

Когда переводы попали к герцогу, тот объяснил своему другу: то не крыса была, а самый настоящий шайтан.

- Я убью ее, это крыса - не согласился Александр.

- Нет, ее убить нельзя ничем, это демон - уверял З.

- Шваброй!

- Швабра сломается. И яд не подействует.

... Чтобы успокоиться, он засел за иллюстрации к своему роману ""Тайна океана"". Вышла книга в не то время: лето 1917 года, неспокойное, дождливое, многие уезжали в деревни, Петроград пустел, книжные магазины закрывались, а те, что еще держались, оккультные романы брали неохотно.

- Нам бы что-нибудь политическое - намекали они, нет ли в планах вашего издательства народных брошюр или партийных программ?!

- Такого не печатаем, цедил Барченко, мы называемся ""К свету"", а не ""К тьме"".

- Прогорите, господин, неминуемо прогорите, советовали ему, берите политические заказы. Теперь все так делают...

""Тайна океана"" ныне библиографическая редкость.

Мало и неохотно интересующийся политикой Александр Барченко проспал ночь переворота. Только днем, в длинной очереди за хлебом, он услышал о каких-то ""большевиках"".

- Надолго это? - тревожась, спросил мужчина в пенсне.

- Дня на три - ответили из очереди.

В то, что ""три дня"" растянутся на почти 80 лет, тогда никто бы не поверил.

Перебои с продуктами и хаос на улицах казались временными, до выборов в Учредительное собрание.