Доктор 2

— Араб тоже врач, военно-медицинская академия.

— Ты смотри, а ведь подумала ещё, — качает два раза головой Лена. — Но спросить постеснялась.

— Я не постеснялся, — смеюсь. — Психиатр, говорит.

— Ну видишь, не реаниматолог же. Он с этими спецпрепаратами имел дело только в теории и, скорее всего, только в рамках учебного спецкурса. Теоретического. А я… Это яд, Мелкий. Яд, блокирующий работу дыхания, сердечной мышцы, в общем, разные варианты. Антидот антидотом, но тебе только шестнадцать. — Лена смахивает что-то из уголка глаза. Я тактично стараюсь этого не замечать.

— Хорошо. Едем к Роберту Сергеевичу после тренировки, — киваю, чтоб не углубляться. — Давай с ним советоваться.

Интересно, а где-то есть в мире люди, которые спокойно могут отстоять свою точку зрения, когда их вторая половина плачет? Ни о чем не просит. Ни на чем не настаивает. Только молча роняет слёзы, ничего не прося.

Я уже сам готов придушить этого территориального представителя.

Продолжаю бросать на Лену частоту покоя до самого спорткомплекса. Кажется, её эта история зацепила больше, чем всех остальных вместе взятых.

Сергеевич, мазнув взглядом по Лене у входа, отводит меня в сторону:

— Спортивная форма есть?

— Конечно, — поднимаю в воздух пакет, с удивлением глядя на него.

— Не у тебя. Для неё форма есть?

— Да, в багажнике. — Поясняю, — в теннис ездим играть, плюс у неё свой зал, есть во что переодеться.

— Скажи ей, пусть возьмёт форму из машины, переоденется в женской раздевалке и идёт сюда.

Через пятнадцать минут, когда остатки абонементной группы расходятся, в зале остаются только те, кто идёт на соревнования. Тренировку с нами ведёт сам Володин, который мой тёзка. Впрочем, рисунок тренировки с ним не сильно отличается от обычного, разве что в ринге он мелькает гораздо больше Сергеевича. Кстати, через полчаса мне кажется, что как тренер Володин послабее.

А Сергеевич, полностью махнув рукой на наш тренировочный процесс, в углу с Леной лично заставляет её прыгать «квадрат», потом бросать кулаки перед зеркалом в учебной стойке, в общем, выжимает три пота из неё. С удивлением вижу, что вся эта физкультура идёт ей только на пользу, если говорить об эмоциях. Как боксёр она, конечно, выглядит смешно.

Мы уже заканчиваем, идём в душ, взвешиваемся, а Сергеевич с Леной ещё упражняются.

— … Саня, а почему так? — спрашивает Игорь, тяж, указывая на весы. Обращается к Володину, не ко мне.

— Так душ же, — разводит руками Володин. — На мелких весах не видно, а у тяжей часто так. У тебя ещё ладно, сто граммов. А вот на кубке, помню, лет несколько назад… В тяжах тогда Гога был, гоняли его, чтоб в девяносто один втиснулся. Отпахали два режима за тренировку, Гога тогда ещё в озэка тренировался, взвешивается сразу после тренировки.