Докажи мне

Значит, в дела ей погружаться нельзя, ничего говорить он тоже ей не собирается, а в волосы вцепился так, что она буквой «Зю» скрутившись, рядом, как статуя, стоит!

Мысли роились, словно их хаотичным ветром кидало из стороны в сторону! О чем угодно, казалось, готова думать, только бы не анализировать то, что болью пульсировало в груди. Потому что Даша не знала, что это…

Да, по уму если судить, Гутник и не должен ее в свои дела посвящать. Как раз понятна и логична его подозрительность и недоверие. Но Даше именно сейчас почему-то резануло этими мыслями…

Мама дорогая! Отчего хочется сесть рядышком, хоть и на пол, и положить голову ему на руки или на колени? Обхватить за пояс и… просто сидеть впритык слушая, как он дышит.

Это как-то совсем ненормально… И у Даши лицо уже горит от одних мыслей, руки трясутся, и ноги… Только тут страхом и не пахнет. Разве что она саму себя бояться вдруг начала и того, что внезапно нахлынуло неистово…

Он сидел, упираясь головой в руки, лишь едва повернувшись в ее сторону той стороной лица, которая не пострадала при взрыве. И хоть на скулах и подбородке Гутника лежали ее же волосы, спадая на плечи, Даша могла рассмотреть черты мужчины, не боясь, что он застукает ее за этим действием.

И… Может, лучше бы и не смотрела! Зажмурилась бы!.. Только глаза словно своей жизнью жили.

Потому что он ей уже не просто нравился! Это все было как-то больше и мощнее, чем недавно даже, вероятно потому, что сейчас он не хмурился и не сердился на нее, не кричал. Или нет?..

Даше хотелось бы протянуть пальцы и нежно обвести его бровь, прочертить эту жесткую линию скулы, напряженной даже во сне, челюсти. И наклониться, коснуться легким поцелуем сжатых губ… И с другой стороны лица повторить, потому что она не видела разницы: шрамы, рубцы… Не внешним взором смотрела.

И, если уж совсем начистоту, волосы свои забирать у него тоже не хотелось.

Это было вообще неуместно, совершенно. Ни в свете того, что она должна была по поручению вышестоящих выполнять, ни… ни просто так. Однако Даша не могла ничего поделать с этим огоньком, который вспыхнул у нее в груди пару часов назад и никак не желал затухать! Разгорался сильнее…

Моргнула, пытаясь стряхнуть мысли, на которые не знала ответа и понимания пока не было. Только острое ощущения шагов по некому незримому, необъяснимому краю… Тут разбираться иначе надо, вот что осознавала.

А он спать продолжал. И будить Гутника ей все еще не хотелось.

Но… вероятно, дома ему отдыхать будет удобней. Да и имеете право Олег Георгиевич на перерыв. Он из больницы так рано ушел! Прям разозлилась в этом момент на его начальство!

Вернулась назад на тот шажок, что отступала, потянула еще раз прядь. Держит… отрезать ту, что ли? Не хотелось.