Доигралась, Кукла!

Егор набрал больше мышечной массы с прошлого года и стал еще великолепнее, если это было возможно, учитывая его далеко не среднестатистическую, природную привлекательность. Ну, или она погрузилась в свои чувства сильнее, потому что мысли разбегались в голове и, ее бросало из крайности в крайность с тех пор, как она снова его увидела спустя столько времени вдали.

— Не смотри так, кукла, а то потом будешь обвинять меня в том, что я соблазнил тебя, не дав шанса прояснить ситуацию полностью, — поддразнил ее мужчина, и Даша не сдержала маленькую ухмылку.

Второй раз за день Егор неожиданно подхватил ее на руки, и, на этот раз, она хотя бы смогла насладиться этим ощущением, обернув руки вокруг его шеи и с восхищением отмечая, что он совсем не напрягся от ее веса. Словно тоже наслаждаясь, Егор очень медленно шел к кровати, крепко прижав ее к себе и уткнувшись носом в ее висок, прежде чем аккуратно лечь, укладывая Дашу к себе под бок.

— Мне, оказывается, нравится, когда меня носят на руках, — шутливо заметила она, зарываясь лицом в его грудь.

Егор не делал попыток даже поцеловать ее, просто обняв одной рукой и переплетая пальцы другой с ее пальчиками. Похоже, они действительно собирались просто говорить.

Смешно, учитывая, что Даша едва ли что-либо соображала в такой близости от него. Ее сердце часто-часто колотилось в груди, а кожа нагрелась от прикосновений даже сквозь одежду, не говоря уже о заклубившемся внизу живота возбуждении. Она ощущала себя настоящей нимфоманкой, но ни за что не собиралась делать первый шаг, затаившись и ожидая его дальнейших слов и действий.

— Мне нравится носить тебя на руках, — усмехнулся Егор, целуя ее в макушку и удовлетворенно вздыхая. — Давай жить вместе.

Даша хихикнула от неожиданности. Ну, и от его нелепости.

— Ага, щас. Это здесь мы свободны от всего и всех, но стоит нам вернуться, как все изменится. Я живу в Штатах, ты… Кстати, а где ты живешь?

— Везде, — ответил он. — Три-четыре месяца в России — мое самое постоянное место жительства за год. Я много разъезжаю, не могу все время оставаться в головном офисе и надеяться, что персонал, предоставленный самому себе, не наебет меня. За руководством приходится следить. Мой отец всегда был жутким трудоголиком и я унаследовал от него потребность все и всех контролировать.

Он внезапно запнулся.

— Но это не значит, что я склонен к контролю всех людей. Я не домашний тиран.

— Я так и не думала, — рассмеялась Даша, глядя на его озадаченное лицо.

Егор был таким милым, когда не вел себя, как всезнающий и всемогущий. Он становился намного человечнее, когда сомневался в чем-либо, и ей это дико нравилось.