Проклятие брачного договора

– Ты же не думаешь, что я это читал? – рассмеялся Борис, впрочем, смех у него был грустный и немного натужный. – Оставь меня без цитат из дамских романов, Динка. Пожалуй, этого я уже не вынесу.

И на этих словах он скрылся с глаз, оставив Дину стоять с широко раскрытым ртом. Ну надо же, оказывается, и на солнце есть пятна. Борис Посадский, при всей его образованности, оказывается, был неидеален. И уж гордиться незнанием мировой классики ему точно не стоило.

В постель в этот вечер Дина легла со странным чувством собственного превосходства над старым другом детства. И мысль эта, новая и странная, казалась довольно приятной. Улыбаясь этому обстоятельству, Дина выключила свет на кухне и в коридоре, закрыла за собой дверь своей комнаты, переоделась и юркнула в постель. Надо же, ведь ровно неделя прошла с того момента, как она вошла в купе поезда, обнаружила там пьяного спящего мужика, а потом обрадовалась появлению в дверях Бориса Посадского. Всего неделя или уже неделя? Как много она вместила в себя страшного. И интересного. И волнующего. Дина закрыла глаза и на мгновение ощутила руки Бориса на своих плечах, а еще твердость его мышц под своими пальцами. Мимолетность этого ощущения снова заставила ее улыбнуться, а потом Дина крепко уснула.

* * *В понедельник ей удалось выспаться. Когда Дина открыла глаза, часы показывали половину одиннадцатого, и она охнула, тут же почувствовав себя лентяйкой и бездельницей, хотя торопиться ей было совершенно некуда. Убедившись, что Борис в отличие от нее давно ушел на работу, Дина наскоро позавтракала и уселась за перевод книги, заказ на которую взяла два месяца назад. Работа была готова процентов на семьдесят, сдавать перевод в издательство нужно было через месяц, и сейчас Дина ругала себя, что всю прошлую неделю бездарно пропустила, не заботясь о невыполненной норме и находящихся под угрозой обязательствах. Нарушать сроки она не любила.

Несмотря на тревожные мысли, жужжащие в голове словно небольшой рой пчел, работа спорилась. Даже в словарь заглядывать практически не приходилось, текст был простым, и образные выражения, подходящие к тому или иному явлению, всплывали в голове легко и как-то радостно, что ли. За первый час работы Дина перевела около трех страниц текста и решила отдохнуть и вознаградить себя чашкой кофе и тостом с вареньем.

Этого странного, совсем детского лакомства ей почему-то захотелось невыносимо. Сварив кофе и справившись с тостером, она намазала ломтики зажаренного хлеба маслом и найденным в холодильнике черносмородиновым вареньем, уселась за стол и, как Тося из старого фильма «Девчата», примерилась к вкусному бутерброду. В дверь позвонили.

Дина с сожалением посмотрела на бутерброд и отложила его в сторону.