Дочка папы Карло

И это обязательно со временем вылезло бы в плохую историю. А теперь я осталась без такого важного звена в собственном ""бизнесе""! Ну что, Степана, что ли сажать с Прохором? Стёпка-то, сдаётся мне, не хуже этого… Семёна Николаевича Бендера справился бы с работой с клиентами. Он, может, не такой оборотистый в плане ""уболтать"", зато наверняка мог бы покорить воображение заказчиц, на ходу рисуя обновлённые интерьеры и вписывая в них наши работы.

— А что, отличная, между прочим, идея. - похвалила себя я, — Одна беда — парень грамоте не обучен.

Так что, Степан пока на роль самостоятельного агента никак не тянул. И где теперь срочно взять другого? Такого, чтоб ""тянул""? Э-эх! Хоть плачь!

А тут, ну чтобы, видимо, окончательно взбодрить мои нервы, в комнату влетает взъерошенная Маня и, скатываясь в предистеричное состояние, сообщает, что бабы мои, кажись, сейчас подерутся! Пришлось сломя голову нестись в мастерскую, где, собственно и зародился, если можно так скромно выразиться, конфликт. Гвалт было слышно от самых ворот, который, впрочем, неожиданно смолк.

Чудо, какая картина предстала моему вниманию. Потрёпанная, но явно не побеждённая Ефросинья, с гордо-возмущённым видом стояла в углу (чуть не сказала ринга), уверенно уперев кулаки в бока. Напротив неё, поправляя выбившуюся, а скорее выбитую, прядь кучерявых волос, озлобленно зыркала глазами одна из новеньких. Между ними, гневным монументом скорого и справедливого суда, что твой рефери, застыла Акулина.

Если коротко: насидевшись взаперти в монастыре без мужеского внимания, ""освобождённая женщина востока"" решилась пострелять глазками в сторону ладного, да пригожего Прохора. А больше не на кого — Степан уж больно молод для неё оказался. Чего, как вы понимаете, никак не могла не просечь Ефросинья. Это, может, постороннему глазу не всё заметно, а от внимания законной супруги — потуги соперниц никак не ускользнут.

Стерпеть подобное нормальной крестьянской бабе оказалось решительно невозможно — вот и высказала она свои претензии максимально простым и доходчивым образом. Ну чтобы однозначно с первого раза понятно было.

Вторая, конечно, тоже не стояла столбом, пока противница в письменном, а точнее, в художественном виде оформляла на её лице суть своей рекламации. Ну и пошло-поехало. Пока Акулина не взяла ситуацию в свои руки и не развела этих боевых… ""скромниц"" по углам.

Кто бы подумал?! Ефросинья — такая всегда спокойная, тихая — и тут такая, понимаешь… экспрессия. Ну её-то, как раз, понять можно — тётка в своём праве отстаивать неприкосновенность собственного семейного счастья. Хотелось бы, конечно, чтобы без рукоприкладства. Но, видать, накипело. Всё равно придётся составлять беседу. Кажется, расслабились они тут у меня в отношении дисциплины.