Дочь седых белогорий

Они были гораздо меньше и другими. И тем больше было уважение к этим рыбам, таившим в себе непредвиденную опасность. И в то же время в сердце рыбачки трепетало большее желание поймать их. К этому её звали врожденный инстинкт охотницы, азарт, интерес. И неважно, что хочет и о чём думает сейчас Большой змей: просит ли человека разрезать на спине сеть и выпустить его на свободу или просто ради интереса и знакомства трётся боком о дно лодки.

Осторожно, стараясь не потревожить добычу, Ченка положила Ул ю в берестяную зыбку, возвратилась на лавочку и взяла рукой винтовку. Бесшумно щёлкнул взведённый курок. Шестигранный ствол медленно поплыл над бортом. Приклад привычно ткнулся в плечо. Острый глаз заученно поймал планку, сравнял его с мушкой и остановился на овальной голове запутавшейся в сети рыбы. Указательный палец плавно надавил на спусковой крючок. Ударом весла по воде хлопнул резкий выстрел.

В то же мгновение, когда пуля достигла и поразила цель, весь существующий мир разделился на мир спокойный и мир безумный.

Ченка хотела поразить Большого змея с первого выстрела, стараясь попасть в самое убойное место, на полладони выше желтого глаза. Однако в самый последний момент, нажимая на крючок, она почувствовала лёгкий толчок телом о борт второго существа. Этого было достаточно для того, чтобы ствол отклонился на несколько сантиметров повыше. Но отложить момент выстрела девушка уже не могла.

Вздыбилась рыбина, выгнулась, наполовину выскочила из воды, упала, взрывая фонтаны брызг и, отвечая человеку за нанесённую боль, ударила хвостом по борту лодки. От неожиданности и силы удара юркая долблёнка взлетела в воздух на метр, закрутилась и, едва не зачерпнув воду, сильно накренилась на правый борт. Не удержавшись, потеряв равновесие, Ченка упала на спину. Винтовка вырвалась из рук, плюхнулась за борт и тут же исчезла в глубине озера. Из зыбки вывалилась Уля, покатилась колобком к борту. Увидев неминуемую трагедию, молодая мать сгруппировала всю свою волю, молниеносным прыжком рыси вскочила, прыгнула, поймала на лету свое драгоценное чадо. Ощутив в руках тёплый, крикливый комочек бухнулась на дно лодки и, не сдерживая слез, притихла свернувшимся берестом. От мысли, что сейчас могло произойти непоправимое, задрожала осиновым листочком, глубоко задышала, закачалась из стороны в сторону гибкой талиной на ветру.

Дёрнулась долблёнка, взбивая утлым носом упругую волну, полетела по озёрной глади. Впереди на некотором расстоянии металась, прыгала из воды и тут же ныряла раненая рыба. Жильная сеть натягивалась тетивой лука, тонко пела в струях встречного течения безжалостным паутом, шумела игривыми пузырями, опускалась мягкой паутиной.