Дочь палача

— Никто не сгорит, — ответила София откуда-то издалека. — Кое-кто на нашей стороне и поможет нам. Он найдет дьявола, и все станет как раньше, обещаю…

— Да, ангел. Ангел с огромным мечом. Ангел мести.

— Хорошо, — прошептала она.

И крылья унесли ее прочь.

Около одиннадцати часов Якоб Куизль постучал в дверь тюрьмы. Изнутри послышался скрежет замка, и тяжелая дверь открылась. Стражник Андреас озадаченно посмотрел на палача.

— Ты? Уже? — спросил он. — Я-то думал, допрос только в полдень начнется.

— Верно. Но надо бы все приготовить. Ты же знаешь… — Он сделал движение, будто хотел растянуть руку. — Сегодня возьмемся за клещи, дыбу. Надо разжечь угли. Да и веревки погнили.

Он сунул моток новой веревки под нос побледневшему стражнику и указал внутрь.

— Там, вроде, и так все в порядке, — промямлил Андреас и пропустил палача. Но потом схватил его за плечо. — Куизль…

— Истязать ее станешь, да? — спросил стражник. — Только не надо больше, чем потребуется. Она у моей жены роды принимала.

Палач взглянул на молодого мужчину. Он возвышался над ним на целую голову. На губах заиграла улыбка.

— Что же, по-твоему, я здесь делаю? — спросил он. — Исцеляю? Вправляю кости? Я, наоборот, ломаю их. Вы сами того захотели, вот я этим и занимаюсь.

Он отпихнул стражника в сторону и вошел в тюрьму.

— Я… я не хотел этого. Не я! — крикнул Андреас ему вслед.

Разбуженный криком, вскочил Георг Ригг. Он, как зачинщик драки возле склада, все еще сидел вместе со сторожем в левой камере.

— О, вот к нам и пожаловали высокие гости! — крикнул он. — Сейчас начнется! Давай, Куизль, делай это помедленнее; нам ведь тут тоже перепадет, когда ведьма завопит!

Палач подошел к камере задумчиво поглядел на сторожа. Потом внезапно просунул руку через решетку и схватил извозчика за мужское достоинство. И сжал так сильно, что у того выкатились глаза и он тихо заскулил.

— Смотри у меня, Ригг, — прошипел Куизль. — Я знаю все твои грязные тайны. Всех вас знаю. Сколько раз ты приходил ко мне за чаем, чтобы у тебя стояло? Или за бутылочкой отравы, чтобы снова жену не обрюхатить? Сколько раз ты звал домой знахарку? Пять? Шесть раз? А теперь она ведьма, а вы на свободу выйдете. И на меня вам тоже плевать!

Палач выпустил беднягу и оттолкнул внутрь камеры. Тот медленно сполз по стене и захныкал. Куизль отошел к соседней камере, где его уже поджидала Марта. Она вцепилась пальцами в решетку, в глазах стоял страх.

— Отдай мой плащ, я принес тебе одеяло, — громко сказал Куизль.

Он просунул знахарке шерстяное покрывало, пока она, зябко ежась, стянула его плащ. Когда она схватила свернутое одеяло, Якоб почти беззвучно прошептал:

— Размотай незаметно в углу. Там бутылочка, выпей.

Марта взглянула на него вопросительно.

— Не спрашивай, пей, — снова прошептал палач.