Дочь палача

Магдалена и смеялась, и плакала одновременно. Разгадка оказалась такой простой… Вот только жаль, что ею уже ни с кем не поделишься.

Дым становился гуще, он клубился в проходе и окутывал Софию. Симон то и дело кашлял, но они продолжали расчищать проход от камней. Они завязали лица мокрыми тряпками, но толку от этого было немного. Симону резало глаза. Приходилось постоянно останавливаться, чтобы протереть их, тратя драгоценное время. Лекарь без конца оглядывался на Клару, которая в лихорадке металась на каменном ложе. Для бедной девочки дым, видимо, стал настоящим адом.

Палач ушел уже давно, и они ничего не слышали, кроме собственных хрипов и кашля. Сначала отверстие было величиной с кулак, теперь оно стало заметно шире. Симон осматривал его с растущим нетерпением. Худенькая двенадцатилетняя София в него, может, и пролезла бы, но самому Симону по-прежнему было никак не протиснуться. Лекарь оттащил особенно крупный камень, и расчищенный с таким трудом проход снова завалило. Пришлось все начинать сначала. Наконец дыра показалась достаточно широкой, чтобы протолкнуть в нее и Клару. С той стороны начал задувать свежий воздух. Симон глубоко вдохнул и бросился обратно в келью за Кларой.

Девочка была легкой, как хворостинка. Однако втиснуть ее в отверстие не получалось.

Симон понял, что так они ничего не добьются и, запыхавшись, сказал Софии:

— Я пролезу туда и посмотрю, куда ведет проход. Потом вытяну Клару с той стороны, а ты толкай сзади. Нужно будет приподнять ее, чтобы она не оцарапалась о камни. Поняла?

София кивнула. Глаза тонкими щелками сверкали на покрытом копотью и пылью лице. Симон в очередной раз подивился ее спокойствию. Но, возможно, это был только шок. Девочка многого натерпелась за последние дни…

Отверстия, которое они прочистили, как раз хватило, чтобы Симон в него кое-как пробрался. Однажды проход уже обвалился в этом месте, и лекарь молился, чтобы он не рухнул снова. Симон стиснул зубы. Разве у него оставался выбор? Позади были огонь, дым и обезумевший солдат. Обвалившийся туннель казался по сравнению с ними вполне безобидным.

Симон толкал перед собой светильник. Наконец, он почувствовал, что проход начал шириться, и посветил вокруг. Туннель и вправду вел дальше, и был таким высоким, что Симон, пригнувшись, смог пробежать по нему. По стенам, как и раньше, на равных промежутках располагались закоптелые ниши. Вскоре проход заворачивал, и что там дальше, разглядеть не получалось. Оттуда веяло свежим воздухом.

Симон быстро вернулся и заглянул в отверстие.

— Теперь толкай Клару в дыру, — крикнул он Софии.

С той стороны кто-то запыхтел и послышался шорох. Потом показалась голова Клары. Девочка лежала на животе, лицо ее терлось о землю. Она до сих пор не пришла в себя и ничего не воспринимала.