Дочь от бывшего мужа

— Я включил это в список необходимого.

Кажется, я всерьез начинаю ревновать. По моим последним наблюдениям из Антона получился прекрасный отец для моего солнышка, он словно чувствует Еську на каком-то своем уровне. Она успокаивается рядом с ним, просится из моих рук в его, стоит Антону появиться рядом.

Мама у нас теперь на втором плане.

Не удивлюсь, если Есения Антоновна скоро начнет вообще отталкивать меня от своего обожаемого папочки. Мол, мы здесь и вдвоем справимся, а вы, незнакомая женщина, сходите погуляйте.

Уставший от такого количества новых впечатлений бедный ребенок засыпает быстро. Отключается, стоит только положить ее в кроватку. Я же выхожу в общую зону номера, чтобы нечаянно не разбудить малышку. Ну и еще немножечко потому, что мне хочется разглядеть красивый вид на город, а в гостиной невероятно высокие панорамные окна.

Меня окутывает теплом, когда Антон подкрадывается сзади. Я сглатываю, просто чувствуя его за спиной. Мурашки на коже проступают, хоть он еще и ни разу не коснулся меня.

Навевает воспоминания.

Когда в первую нашу поездку в Европу я босиком стояла на открытом балконе с чашкой горячего шоколада в руках и не могла поверить, что моя жизнь изменилась настолько круто.

Антон раздвинул для меня горизонт. Позволил стать Золушкой, а потом жестко сбил корону с моей головы. Падать всегда больно. Только ушибы полностью заживают через какое-то время, а я вляпалась на всю жизнь.

Глава 20

Этой ночью в моей спальне присутствует только одна крутящаяся букашка, которую я периодически укачиваю на руках.

Антон по моей просьбе не тревожит нас, он даже не заходит, потому что я была очень убедительной, стоя перед большими затемненными окнами в гостиной.

Я хотела уединения — я его получила.

Утром я просыпаюсь слишком рано из-за разницы часовых поясов. Привожу себя в порядок в душе и мышкой прокрадываюсь из комнаты, стараясь не разбудить мирно сопящую бусинку, которую разница во времени совершенно не волнует.

— Тоже не спится?

Подпрыгиваю, когда меня застают на месте преступления.

У Антона на коленях стоит тонкий ноутбук, на столе несколько грязных чашек из-под кофе. Он одет в спортивные штаны и самую простую майку, открывающую вид на его сильные руки. Из-за движений виднеющиеся под кожей мышцы приходят в движение, и я сглатываю вязкую слюну, немного подвиснув на этом зрелище.

Может, стоит ввести обязательный для каждого живущего в номере дресс-код?

— Кого мне нужно убить за кофеин? — парирую вопросом на вопрос, оттягиваю рукава так, чтобы они закрывали ладони.

Жест, который Антон встречает нахмуренным взглядом. Он означает, что мне неуютно рядом с ним и я таким образом пытаюсь спрятаться. Залезть в свою ракушку и желательно подальше мигрировать в ней от посторонних глаз.