Дочь воина, или Кадеты не сдаются

— Не реагируешь, — хрипло произнес воин.

— Убери руки, ген бракованный, — прошипела я.

Я вскочила, но стоило ему выпрямиться, и Дьяр снова получил преимущество в росте. Урод! И, видя мою ярость, тихо рассмеялся, затем так же хрипло произнес:

— Строптивая и неприступная Киран.

— Мерзкий и отвратительный Дьяр, — в тон ему ответила я.

Тар-эн стал дышать еще тяжелее, фактически пожирая меня глазами, по его губам змеилась пошлая ухмылка, мышцы заметно напряглись. А у меня нарастающая паника. Дикая, и знобит от страха, и… И тут я вспоминаю папочкины слова и понимаю, что Дьяр ничего, абсолютно ничего мне не сделает.

Я выпрямилась, тряхнула полураспустившейся за время сна косой, облизнула губы, невинно поправила топик и после этого бросила лукавый взгляд на Дьяра. Воин застыл. Улыбок больше не наблюдалось, мышцы проступили явственнее, на висках капельки пота.

— А знаешь, — я прикоснулась пальцами к губам, — у тебя очень… — эпитет подобрать было сложно, но вроде как у них тут все на силе помешаны, так что… — У тебя очень сильные губы, — прошептала я.

Воин сжал кулаки, напряжение достигло предела.

— Такие сильные, — продолжала искушать я, — такие… мм… властные…

В следующее мгновение Дьяр развернулся и вышел из моей каюты, едва не снеся дверь. А я, запрокинув голову, пыталась удержать слезы, не позволяя им выкатиться из глаз… Не хватало, чтобы эти уроды догадались, что довели меня. Не дождутся.

А потом, успокоившись, я задумалась о случившемся. Поняла главное — у тар-эн явные проблемы с самоконтролем. То есть пока другие теряют контроль над своими эмоциями — это нормально, к этому воины привыкли, а вот сами не выносят собственных конфликтов между разумом и эмоциями. Уроды! И планетка у них уродская. И…

Дверь повторно распахнулась без стука. Вошел отец — как и Дьяр, в состоянии полуобнаженности, на руках широкие браслеты, обхватывающие руку от запястья и почти до локтя, на шее какой-то массивный медальон, черные прямые, как и у меня, волосы распущены.

Заметив мой удивленный взгляд, папандр пояснил:

— Традиции Иристана, Киран. Воин, возвращаясь домой, должен быть открыт, демонстрируя добрые намерения и доверие.

— То есть на тебе сейчас нет оружия? — предположила я.

Хассар коснулся массивного браслета на правой руке, и произошло невероятное — черная сталь густой смолой сползла на его раскрытую ладонь, чтобы через миг обратиться коротким мечом с остро заточенными краями. Отче крутанул оружие, вернул в исходное положение, и я проследила за обратной трансформацией меча в браслет.

— Тар-эн всегда носит оружие, — как аксиому, произнес отец.

Я не хочу на эту планету! Она меня уже пугает! Я…

— Дочь должна выглядеть скромно, — еще одна аксиома от папандра. — Пять минут. За тобой придут воины.