Дочь воина, или Кадеты не сдаются

Лежу, стараюсь не скрипеть зубами и думаю, как отсюда выбираться. Злости не хватает и на папашку, и на эту бегемотоподобную, и на странную тетку в черном, и вообще на Иристан. А самое противное — начинаю понимать, почему мама делала все, чтобы я сюда никоим образом не попала!

И тут сначала пол начал чуть подрагивать, затем дверь в спальню распахнулась, и я узрела знакомые папандровы сапоги. Забавно, передвигался воин практически бесшумно.

— Эйтна МакВаррас, — окрик-рык, — нам требуется ваша помощь.

Судя по тону, папандр был в ярости, и обе женщины это осознали.

— О, мой господин, — Эталин мгновенно подбежала к нему, — вы испачкались, позвольте я…

— Уйди, женщина! — последовал разъяренный рык. — Эйтна, вниз, живо!

Черная юбка поспешно удалилась за двери, в то время как между хассаром и его Единственной назревал конфликт:

— Господин, позвольте я…

— Меня не нужно мыть, женщина! — рявкнул папандр. — Ступай вниз, вспомни о своих обязанностях и распорядись о трапезе для моих сыновей!

Однако его Единственная упорствовала:

— Но на вашей груди и лице… навоз, господин…

— Да я в курсе, что не благовоние!

Он на нее так орал, что я вздрагивала каждый раз, но, судя по всему, Единственная хассара к подобному была привычна, а значит, скоро потащит какую-нибудь тряпенцию утереть телеса супруга.

И тут я узрела свисающее с прикроватной тумбочки полотенце… Исполненная злорадства улыбочка не сходила с моих губ, пока я доставала захваченные с собой кремчики, пока осторожно и бесшумно выдавливала на полотенчико, смешивала их да втирала концом тюбика. Сработано все было быстро и качественно.

— Агарн, прошу тебя, — и, как по заказу, ноги бегемотихи проследовали к тумбе, после чего край полотенца исчез из поля зрения, — я просто вытру.

Далее две пары ног оказались рядом, и явно началось оттирание… Пять, четыре, три, два, один…

— Женщина! Что с твоими руками?

Раздался испуганный вскрик — и Эталин метнулась прочь из спальни, папандр вышел следом.

Высунувшись из-за кровати, с огорчением узрела, что крем подействовал только на бегемотиху, у папандра даже не покраснело ничего.

Увы, времени на взлом сейра ныне подвывающей бегемотихи у меня уже не было. Вернув устройство на место, я подошла к двери, прислушалась. Вой Эталин раздавался где-то далеко — вероятнее всего, в ванной. Подхватив опасное для кожи полотенце, я рассмотрела его. В шкафу нашла подобное, испачкала остатками навоза с первого полотенца, и собственно первое осторожно свернула в трубочку, решив заныкать улики. А после, разместив вторую камеру под кроватью, поспешила покинуть чужую территорию.

В гостиную мачехи пробралась без проблем, зато, выскользнув на балкон, испугалась, подумав, что вновь придется использовать отвлекающий маневр.