Дочь седых белогорий

Но русские принесли много нужного и необходимого товара, были добры, честны с жителями тайги. За какое-то время эвенки так привыкли к переселенцам и купцам, что не представляли своё дальнейшее существование без материи, оружия, продуктов, муки и, конечно же, огненной воды. А может быть, общение с русскими и есть источник всех бед?

Загбой вздрогнул: «А может быть, злой Харги преследует аргиш из-за Дмитрия?.. Нет, такого не может быть. Купец – хороший человек. Он никому не сделал зла. Добрый и щедрый по отношению к нему и дочери. Он дал очень много хорошего товара, провианта. Нет, такого не может быть, чтобы он оказался плохим и нехорошим человеком. Что в том того, что он постоянно попадает во всевозможные каверзные ситуации? Не всякий человек может предусмотреть свою дальнейшую судьбу. Охотниками не становятся, а рождаются. То, что не заложено в тебя природой, потом никак не наверстаешь за всю жизнь. Может быть, Дмитрий оказался в тайге случайно, и не его вина, что судьба отправила его в далёкие края…»

Эти мысли успокоили охотника. Ему захотелось спать. Загбой подкинул несколько поленьев в костёр, подлил в казан воды и, довольный, в хорошем настроении повернулся спиной к огню. Через несколько минут он уже видел глубокий, беспробудный сон.

Его безмятежное, громкое дыхание разбудило Дмитрия и Ченку. Они в недоумении приподняли головы, переглянулись, но, убедившись, что все нормально, успокоились. Девушка перевернулась на другой бок, положила ладошки под левую щёку, хотела досматривать последние сны.

Но сильная мужская рука осторожно легла на её вздрогнувшее плечо, проползла по груди, змеей обвила талию, настойчиво притянула к себе. Ченка не успела что-то сказать, воспротивиться, как оказалась в стальных тисках. Горячие губы Дмитрия прикрыли её рот горячим поцелуем. Мгновенно загоревшись, она едва не задохнулась, хотела отстраниться, но нежные руки сами, не подчиняясь хозяйке, обняли его плечи. Пожар любви захватил затрепетавшее сознание, перекинулся в сердце и опутал коварной паутиной чувствительную душу. И нет сил сбросить сладкие чары. Да и зачем, когда всё уже было?..

Желтые глаза Чабджара

У Ченки ноет спина. От напряжённой работы затекли руки. В глазах рябит. Голова кружится. В ногах – муравейник. Второй день девушка сидит, согнувшись над нудной, но необходимой работой. В её руках большая железная иголка. На подогнутых коленях две сохатиные шкуры, которые она стягивает крепким, прочным швом.

Время торопит. Бурная пора листопада багряным цветом окрасила стройные рябины, позолотила высокоствольные берёзы, затушевала в тёмно-зелёный оттенок кудрявые кедры.