Добрый друг Декстер

Я медленно пробирался сквозь толпу, мечтая для разнообразия о том, чтобы вдавить педаль газа в пол и врезаться в эту бродячую ораву. Деборе все-таки удалось испортить мое прекрасное настроение.

Она не улучшила его и после того, как я постучал в дверь пентхауса. Когда Дебора открыла дверь, на ее физиономии было такое выражение, какое возникает только у копов, пытающихся разрешить кризисную ситуацию. Одним словом, моя сестренка всем своим видом напоминала обладающую отвратительным нравом здоровенную рыбину.

— Входи! — бросила она.

— Слушаюсь, хозяин.

Чацки сидел на диване. В нем по-прежнему не было ничего колониального, — вероятно, для этого ему не хватало бровей. Но все же у него был такой вид, словно он решил продолжать жить, из чего следовало, что затеянный Деборой проект перестройки развивается успешно. У стены рядом с ним стоял металлический костыль, а сам герой потягивал кофе. На столе перед героем стояло большое блюдо с датскими бутербродами.

— Привет, дружище, — произнес Чацки. — Бери стул.

Я пододвинул стул, изготовленный, естественно, в колониальном стиле, и сел, прихватив по пути пару бутербродов. Чацки посмотрел на меня так, точно хотел выразить протест, но бутерброды было самое малое, чем он мог отблагодарить меня. Ведь я как-никак спас его от кровожадных аллигаторов и боевого павлина и даже сейчас жертвую субботой ради какого-то неизвестного мне отвратного дела.

— Итак, — начал Чацки, — нам следует определить, где скрывается Хенкер. И это надо сделать быстро.

— Кто? — удивился я. — Ты хочешь сказать, доктор Данко?

— Его фамилия Хенкер, — объяснил он. — Мартин Хенкер.

— И мы должны его найти? — поинтересовался я, обуреваемый зловещими предчувствиями.

Интересно, почему они пялятся на меня и при этом говорят «нам»?

Чацки фыркнул, будто оценил мою якобы шутку, и сказал:

— Да. Именно так. И где же он, по-твоему, может находиться, дружище?

— Об этом я вообще не думаю.

— Декстер, — произнесла Дебора, и в ее тоне я уловил угрозу.

Чацки нахмурился. Должен признать, что на лице без бровей это выглядело весьма забавно.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу сказать, что теперь это вовсе не моя проблема. Я не понимаю, почему я или даже мы должны его искать. Он получил то, что желал, и почему бы нам просто не разойтись по домам.

— Он шутит? — обратился Чацки к Деборе.

Задавая вопрос, он, несомненно, вскинул бы брови, если бы таковые у него имелись.

— Он не любит Доакса, — объявила сестра.

— Но послушай, ведь Доакс — один из наших ребят.

— Только не из моих, — возразил я."

"— Ну хорошо, — покачав головой, вздохнул Чацки, — это твоя забота. Но мы все же должны отыскать доктора. В этом деле имеется политическая сторона, и будет много дерьма, если мы его не арестуем.

— Ладно, — кивнул я.