Добрые предзнаменования

— Как там? — спросил он, заглянув в изможденное лицо заместителя главного бухгалтера по начислению заработной платы.

— Плохо, — отозвался тот. — Почти навылет. «Маэстро», «Мастеркард», «Виза» — в общем, все.

— Остановилась только на золотой «Америкен Экспресс», — сказал Уэзерд.

Все в безмолвном ужасе уставились на бумажник, практически насквозь пробитый пулей.

— Зачем они так? — спросил замглавбух.

Начальник службы внутреннего аудита открыл было рот, чтобы сказать что-нибудь осмысленное, и замолчал. У всех есть своя точка предельного внутреннего напряжения. По его точке только что был нанесен легкий, но точный удар. Двадцать лет беспорочной службы. Он хотел быть дизайнером, но консультант по профориентации об этом не знал. Двадцать лет выверки формы BF-18. Двадцать лет за этим поганым арифмометром, когда даже в перспективном планировании уже стояли компьютеры. А теперь, без всякого повода — а вдруг поводом служили реорганизация и желание покончить с практикой преждевременного ухода на пенсию? — его послали под пули!

Его глаза затянулись поволокой паранойи.

Он взглянул на собственное ружье. Сквозь туман ярости и отчаяния он увидел, что оно больше и чернее, чем то, которое ему дали сначала. И тяжелее к тому же.

Он прицелился в ближайший куст, нажал на спуск и увидел, как очередь стерла куст с лица земли.

Он оглянулся на своих солдат.

— Отлично, ребята, — сказал он, — давайте покажем этим педикам!

И улыбнулся Азирафелю наивной и недружелюбной улыбкой.

— Пошли, — сказал он. — Оглядимся, пока у них есть чем заняться.

Пули свистели в ночи.

Джонатан Паркер (отдел снабжения) по-пластунски полз через кусты, и вдруг один из кустов провел ловкий удушающий прием.

Найджел Томпкинс выплюнул маскировочную веточку рододендрона.

— Может, где-то и есть законы о компаниях, — прошипел он из-под слоя грязевой раскраски, — а здесь я — закон…

— Ты поступил просто низко, — сказал Азирафель, шагая по пустому коридору.

— А что я такого сделал? — удивился Кроули, открывая одну дверь за другой.

— Там люди стреляют друг в друга!

— Именно, и что с того? Их никто не заставлял. Они сами этого хотели. Я просто помог им. Рассматривай это как мир в миниатюре. Свобода воли для всех. И полная непостижимость, разве не так?

Азирафель молча смотрел на него.

— Ну ладно. На самом деле никого не убьют, — сокрушенно признался Кроули. — Все чудесным образом спасутся. Иначе какое же тут веселье?

Азирафель успокоился.

— Знаешь, Кроули, — начал он, — я всегда говорил, что на самом деле глубоко внутри ты…

Вскоре появилось некое подобие группировок.