До тебя…

Настя нет-нет да задавала себе вопрос – могла ли она избежать влюбленности в собственного мужа? И каждый раз на ум приходил лишь один ответ – отрицательный. Тогда Настя начинала протестовать сама себе. Миша же ей не понравился, она сразу, как только открыла глаза, воспротивилась общению с ним. А, как говорят, что первое восприятие самое правильное. И тут вступала в ход другая сторона Насти, которая говорила, что восприятии Миши было не первым, а продиктовано лишь тем, что на подсознательном уровне Настя тревожилась из-за развода и из-за желания Зареченского во что бы то ни стало оставить ребенка себе. Ребенок, кстати, выступил не последним фактором, из-за которого Настя подпустила к себе Мишу.

И если соединить воедино все доводы, то, возможно, разговор с человеком, имеющим образование психолога, пусть и с предлогом «пара», для Анастасии будет полезным. Да и сама Дина казалась приятным человеком. Глотком свежего воздуха в огромном пустом доме.

– Ты извини, я с самолета. Кое-как улетела, рейс два раза переносили.

– Для извинений нет причины.

Дина остановилась и более пристально посмотрела на Настю.

– Да, а Минька прав, но я даже не предполагала, что да такой степени.

Настя чуть прищурила глаза.

– То есть? В чем прав Миша?

– Что ты стала другой.

– Так заметно?

– Очень. Где твои каблуки, Настя?

Тут девушка фыркнула.

– Почему-то все зациклились на туфлях с каблуками. Каблуки были моим фетишем в прошлой жизни?

– Совершенно верно.

– Тогда понятно, почему мне принесли лабутены, или как там они называются, в больницу. Нет, я всё понимаю, но, черт… Дина, как вообще можно было принести на выписку беременной женщине обувь на каблуках? Честно? Я чудом не запустила их в Мишу.

Глаза Дины приняли серьезное выражение.

– Хотела бы я на это посмотреть?

– На что? На то, как я запускаю туфли в твоего брата или, как шлепаю от больницы до машины в больничных тапочках?

Дина прикрыла рот рукой, сдерживая смех.

– Я желаю знать все подробности.

– Будут они тебе.

С Диной они быстро нашли общий язык.

– Миша предложил мне пожить у вас несколько дней? Ты не против?

Это был ещё один огромный плюс в копилку качеств Дины.

– Конечно, нет.

Дина могла бы согласиться, не сообщая Насти ничего. Дом принадлежит Мише, и, пусть номинально, Настя считается тут хозяйкой, таковой она себя не чувствовала. Но то, что Дина спросила её, ей понравилось.

Первый день они разговаривали ни о чем, обедали вместе, гуляли. Настя подозревала, что Дине не терпится задать ей вопросы личного характера, но она от них воздерживалась, давая возможность Насте лучше её узнать. Это внушало доверие. Иначе Настя могла воспротивиться, внутренне ощетиниться, если бы вновь прибывшая сестра Миши, пусть и очень обаятельный человечек, сразу полезла бы к ней в душу.