До самой смерти

Телефон вибрирует, я смотрю на буквы, не в силах сдержать слез. Взгляд затуманивается. Что ей сказать? Мы толком не разговаривали с момента ссоры, я лишь один раз отправила ей сообщение про аккаунт Сэма в «Фейсбуке». Что ей сказать, если я сама ни черта не понимаю?

Дрожащей рукой прикладываю трубку к уху.

– Бет, дорогая, мне ужасно-ужасно жаль! Я только что прочла сообщение, я говорила с твоей мамой. Поверить не могу! Как он? Что случилось? Мне приехать в больницу?

– Его оперируют. Вероятно, растянется на несколько часов. Велели ждать. В ногу придется вставлять штифты, и еще ушиб мозга довольно сильный. Мама осталась с мальчишками.

– Боже мой! Ты там одна?

– Бет, можно я приеду? Мы поссорились совершенно по-дурацки – мне очень жаль. Я наговорила кучу глупостей. И не звонила… Пожалуйста, разреши мне приехать! Можно?

На стене рисунок в рамке. Ночное небо, звезды и луна. Совсем как в ночь нашего с Адамом знакомства. Рисунок, кажется, детский – вполне хорошо исполненный, однако краски слегка расплываются – возможно, от слез в моих глазах.

Меня просили посидеть в комнате ожидания, внизу, но я не хочу отходить далеко от операционной. От Адама.

– Да, приезжай, пожалуйста! Здесь ужас что творится, Салли… Водитель скрылся с места преступления. Будет в новостях…

– Скрылся с места преступления?

– Да, мне так сказали.

Салли приезжает, и выглядит она не лучше меня – тоже бледная и измученная. Хромает – у нее что-то с ногой. Несмотря ни на что, сразу берет дело в свои руки – как она одна умеет. Спокойная собранная Салли всем объяснит, что надо делать. Она идет к врачам, выясняет, что операция продлится еще час, если не дольше.

– Так. Тебе необходимо выпить чаю, Бет! Горячий сладкий чай. Хватит сидеть в коридоре. Ты дрожишь.

Я недолго сопротивляюсь, затем она берет меня под руку и отводит в больничный буфет этажом ниже.

Я в полном оцепенении пью чай – выполняю распоряжение. Салли смотрит с тревогой и любовью, я благодарю небеса за то, что она у меня есть, и бесконечно сожалею, что была идиоткой и обидела ее в день барбекю.

– Не волнуйся, Бет! Он в надежных руках. Сейчас поднимемся, и они сразу нам сообщат, когда будут новости. Ты ничего не пропустишь, обещаю.

Я допиваю чай и только потом произношу:

– Свидетельница утверждает, что его сбили специально, Салли.

– Мотоцикл въехал в него на пешеходном переходе. Как будто нарочно. Одна женщина попыталась оттащить Адама и сильно пострадала сама.

– Ерунда какая! Кому понадобилось бы его сбивать?..

Салли хмурится, качает головой. Отворачивается, а затем смотрит на меня круглыми от ужаса глазами. Я молчу.

– Нет! Бет, ты ведь не думаешь, что тут замешана…

– Не знаю. Вообще ни в чем больше не уверена.

Хорошо, что Салли первая озвучила.