До самой смерти

Салли, Кэрол и я пришли в священный ужас.

Вечером, как только погасили свет, мы, сгорая от любопытства, обступили кровать Мелоди. Та сначала раздраженно закатывала глаза, затем сменила гнев на милость – видно, наша любознательность ее позабавила. Она быстро созналась, что ничего особо примечательного не произошло. Секса не было, просто она послала одного мальчишку за сигаретами, а учительница засекла ее у ограды посреди сделки. К счастью для Мелоди, у монахини было очень плохое зрение и неподходящие очки, поэтому она даже себя в зеркале не всегда узнавала, а уж узнать ученицу с расстояния триста ярдов тем более не могла.

Должно быть, на наших лицах читалось разочарование. Мелоди расхохоталась. Последующие несколько дней она нещадно высмеивала нашу наивность, потом перестала, а потом – из жалости, от скуки или из-за того и другого сразу, взяла на себя задачу нас просветить. Тогда мы узнали, что из предыдущей школы ее исключили за целый ряд злостных нарушений – последней каплей послужил случай, когда ее застали полуобнаженной с татуированным с ног до головы строителем на автобусной остановке около хоккейной площадки.

– Самая засада в том, что мы и сделать-то ничего не успели! – пожаловалась Мелоди.

Мы были бесконечно благодарны Мелоди за новые знания и, полностью очарованные, все чаще звали ее присоединиться к ночным посиделкам. Нам хватило ума отказаться от великодушного предложения Мелоди научить нас курить, однако спиритический сеанс показался вполне безобидной затеей. Мелоди кто-то дал на время доску для сеансов, и я тогда подумала – будет забавно, мы еще ничем подобным не занимались. Я ничего не знала о говорящих досках, мне представилось нечто вроде «Эрудита» со спиритическим уклоном. Безобидная забава.

Конечно, надо было с самого начала заметить тревожные знаки: например, как с лица Кэрол сошла краска, когда Мелоди поведала, что вызывала дух покойной бабушки. Настоящее послание из могилы! Однако отступать было поздно. Мы пообещали Мелоди, что попробуем, и, учитывая, как много она для нас сделала, струсить сейчас было бы позорно.

Для сеанса выбрали четверг – по четвергам дежурила сестра Вероника, а она заходила к нам в спальню с проверкой только один раз. Едва наступило девять часов, мы погасили свет и, вооружившись фонариками, расселись на полу у кровати Мелоди.

Устроились на полу вокруг доски. На золотом поле были изображены две дуги, на которых располагались большие буквы в алфавитном порядке. Под дугами – ряд чисел. В левом верхнем углу было нарисовано солнце и написано слово «ДА», в правом углу был полумесяц и слово «НЕТ». Также по поверхности были разбросаны другие символы – звезды и тому подобное.

Мелоди достала деревянную стрелку в форме сердца.