До пепла...

И… будь он проклят! Провалилась, утонула в этом глотке горького терпкого дыма!

Его губы вспомнила на вкус, с привкусом этих самых сигарет, когда на ее рот алчно нападает, то ли легкие Тони дымом наполнить пытаясь, то ли ее досуха нуждаясь выпить, так, что аж трясет мужчину. Его мышцы под своими сжимающимися пальцами, что в его затылок вдавливала, царапала плечи из-за кайфа, подаренного тяжелыми и мощными ударами не только плоти, всего тела Дамира, казалось! Его довления над ней, чисто мужского доминирования, которому не можешь не подчиниться, впервые в жизни ощущая себя истинной женщиной, податливой и мягкой… Но и бесконечно властной над этим мужчиной!

Тогда ей казалось, что попроси Дамир, она все бросит: и работу, и прошлое, и карьерные планы оставит за спиной. Черт! Да ради Пархомова она крестиком готова была научиться вышивать… или бисером. Только он ничего подобного и не думал просить. Он вообще ей ничего не предлагал и не обещал, кроме крышесносного секса, выходит. А когда узнал, что с Деном все еще работают вместе…"

"Черт! Еще затяжка в жалкой попытке избавиться от морока прошлого. Пальцы дрожат. А она только глубже проваливается в память! Тонет…

Подняла глаза, пытаясь отвлечься. Уставилась с претензией на лицо, которое все охотно называли «решительным и волевым», но мало кто решался назвать «красивым», даже если говорить о «мужском стандарте» красивого. На алеющую царапину на скуле, которую он и не подумал хоть как-то спрятать. Это она утром «расписалась», когда пощечину влепила, не заметив, что помолвочное кольцо повернулось бриллиантом вниз. Четыре карата… оставили свой заметный след на коже Дамира, не поспорить.

Захотелось вторую царапину добавить с другой стороны, для симметрии. Чисто из эстетических соображений.

В груди горело от обиды утренней, от боли, от черной, жгучей ревности к той дурной девчонке, что притащилась с ним вместе! И от невыносимой тяги, потребности в Дамире, с которой бороться было почти на пределе возможности и всех ее сил.

Наверное, свет в зале отражается в стеклах окон и их на веранде не видно. Как наедине опять. И по крови огонь. От коньяка? Или от аромата одеколона и чистого агрессивного запаха этого мужчины рядом?..

— Значит, мы таки подписали бумаги? — хмыкнула в пустоту города, выпустив облачко дыма изо рта, затянулась по-новой. — И без минета даже. Что ж ты так обделил себя? Или другой кто-то подсобил? Не дрочил же ты на контракт, в самом деле?.. — уколола с издевкой.

Удар пульса по вискам. Еще один…

И весь сарказм разом сдулся, а воздух кончился в легких, когда тяжелая и горячая рука опустилась на затылок, дернула Тоню в бок, развернув ее лицо к Дамиру. Он полыхнул глазами и впился в ее рот без всякого предупреждения! Заставив задохнуться.