До пепла...

Потому что лишь за эти сутки, да что там(!), за эти несколько часов, что прошли с их «разговора» в кабинете, Дамир стремительно проигрывал собственной невыносимой, раздирающей разум и тело необходимости вернуть эту женщину себе! И чем больше он смотрел на нее, чем больше видел эмоции и мысли в глазах Тони, тем сокрушительней терпела поражение сила воли Дамира. Он не видел и не слышал ничего вокруг, если уж откровенно. А бухающий изнутри по костям черепа пульс, отбивал сейчас ритм ее движений на танцполе.

Еще два глотка и коньяк кончился. Жар на грудь перекинулся. В голове гул и словно дымка с глаз упала: да разве он ее защитить не сможет?!

Хоть и отряд охраны наймет, убедит ее переждать, потерпеть какое-то время, пока Воронова прижмет и заставит решить свои дела, уговорит Тоню пересидеть в безопасности… Ясное дело, стоило еще извиниться и попробовать хоть как-то мнение Тони по данному вопросу выяснить. Но почему-то Пархомову настолько невыносимо стало жить дальше так, как последний месяц, что он готов был на все! Буквально!

И тут Антонина двинулась в направлении балкона, в то время как ее подруга отправилась вовсе в иную сторону…

— Я выйду, покурю, — не задумываясь даже о том, зачем это делает и на что себе отмашку дает, бросил Дамир продолжающему что-то рассказывать Акимову.

Зря пил… Но самоконтроль вместе с разумом и пониманием правильного, уже сгорели во внутреннем пламени без остатка.

Двинулся вперед, не заметив совсем, что походя скинул руку девушки, имя которой так и не вспомнил, если узнавал. Он абсолютно ничего вокруг не замечал, похоже. Все в Пархомове в этот момент целиком и полностью сосредоточилось на единственной цели — добраться до Тони и…

Гори все синим пламенем потом! Она должна быть его! Он объяснит, донесет… И сам костьми ляжет, но ее обезопасит от вероятной угрозы, сумеет… Лишь бы только около него. Иначе на кой хрен было вообще все, что он преодолел в жизни?! Для чего рвал жилы столько лет, преодолевая все преграды и взбираясь на вершину за вершиной?!

Считал ранее, что не нужен никто, что сам успех, признание других — награда, ради которой боролся. А теперь кристально четко прочувствовал, что нет, ни фига! Вот этот человек, эта женщина — вот кто ему нужен рядом! Не уступающая Дамиру ни силой воли, ни характером, ни выдержкой, ни мозгами, но при этом куда более смелая и открытая во всем, что эмоций и принятия касалось.

Теперь и это хорошо понимал.

Ведь всегда от Пархомова только его самого и желала, умея ценить то, что теперь и он осознал.

Оставался еще, конечно, глобальный вопрос, как перекрыть все, что он натворил за месяц и сегодня утром ей наговорил? Но в данное мгновение отчего-то эта проблема не казалась неразрешимой.

Коньяк помогал, не иначе.

На балконе не было никого, кроме Тони.