До конечной (СИ)

— У вашей супруги была угроза выкидыша, вы заботились о её здоровье больше, чем она этого заслуживала. Жили по разным домам. Злились, что Стелла Маратовна употребляла крепкие напитки и не посещала в последнее время гинеколога.

— Почему? — пытаюсь вникнуть в суть.

— На первом месте была работа. Она об этом не сказала?

— У неё нервный срыв. Мы так и не поговорили.

— Ясно. Я не должен вам советовать насчёт женщин, но по-моему лучше подумать о Яне. Кстати, близнецы в деле. На ближайшие пару часов она будет занята детьми.

Возвратившись мыслями к Яне, ловлю себя на том, что опять растаял в нежности. Инстинктивно. Так происходит постоянно. Думаю о ней, и губы трогает бессознательная улыбка.

— Она не обедала, — вспоминаю, как умчалась, не съев свой завтрак.

Действительно, пора задуматься о том, что осталось ценного у меня, пока я и это не просрал…

— Заказала пиццу, — информирует Герман, снимая камень с души. — Доставили полчаса назад.

— Отлично. Тогда поехали в офис. Пообедаем и примемся за дело.

После обеда Марина приносит кофе и накопившиеся бумаги на подпись. Приходится всё изучать заново, на пару с моим юристом. Проверяю почту. Делаю несколько важных звонков. Выясняю у брокера обстановку с договорами, попутно обдумывая наш с Яной предстоящий вечер. Хочется обсудить с ней ситуацию, заложниками которой мы оказались всего за сутки.

— С бухгалтерией разобрались, — складываю в папку заверенную мной документацию и перевожу взгляд на сотрудника. — Что с грузом, Вадим?

— Новая партия машин прибудет в следующий вторник.

— Проследи, чтобы не было никаких проблем с таможней. Можешь идти, — оставаясь в кресле, провожаю взглядом до двери сотрудников, затем набираю номер Терентьева. — Герман, зови ко мне своих архаровцев. Чего они там нарыли? Послушаем, затем к Яне рванем. Что-то я себя хреново чувствую. Голову вот-вот разорвёт…

* * *"

"Не проходит и пяти минут, как охрана занимает места за переговорным столом.

Герман забирает у Стаса чёрную папку. Приносит и кладёт передо мной. Раскрываю её. Первое, что попадается на глаза — фото мужика лет 45. С короткой стрижкой, резкими линиями скул, цепким орлиным взглядом и мощным разворотом плеч. Спортивного телосложения.

— Олег Верещагин, — Стас начинает доклад. — Бывший спецназовец. Работал в охране вашего тестя. Уволен три года назад.

— За что? — не вспомнив лица, откладываю фото в сторону.

— За то, что неравнодушно дышал к его жене. Марат Викторович застукал их на горячем. Вышвырнул и пригрозил расправой над младшей сестрой, чтобы не болтал лишнего и не приближался к его супруге минимум на километр. Мы пробили всех официантов. В тот вечер вы стащили стакан с его подноса. Этот парень не числился в списке обслуживающего персонала. Засветился на камерах видеонаблюдения.