Мой театр. По страницам дневника. Книга II

Понятное дело, что Галя там увидела! Мышильду – старшую дочь Мышиного короля! Она бантик сняла и молча вышла из репетиционного зала…

Я теперь всегда в таких ситуациях говорю артисту или балерине: «Галя, надень бантик!»

13

Станцевав «Баядерку» в честь С. Н. Головкиной, я сел в самолет и улетел в Вильнюс с Лунькиной на гала, посвященный 85-летию литовского балета. Подошли к театру, на афише написано «Nikolajus Cizkaridzаs», то есть Николаус Цискаридзас. Такого варианта своей фамилии я еще не видел! Но переиначивание меня на литовский лад положения, как выяснилось, не спасло. Публика нас принимала прекрасно. Однако местные националисты подняли такой вой, когда мы уехали: «Какое право имели русские танцевать юбилейный спектакль литовского балета?» В результате, Татьяну Седукову, которая руководила труппой около 20 лет, вложила в нее столько сил, обвинили чуть ли не в предательстве национальных интересов и уволили.

Сезон шел по накатанному, казалось, ничто не может поколебать привычного течения жизни. Я, как положено, отрабатывал свои спектакли в ГАБТе, танцевал на гастролях в разных странах, принял участие в юбилейных вечерах в честь 85-летия М. Плисецкой в Москве и в Париже.

Майя Михайловна всегда приглашала меня участвовать в своих бенефисах, почему-то всегда «приберегая» Цискаридзе на финал, чтобы в конце выйти в своем коронном номере «Ave Maya» М. Бежара.

Плисецкая и Щедрин ко мне исключительно относились. Когда встал вопрос о моем ректорстве в АРБ им. Вагановой, Майя Михайловна, к удивлению многих, поддержала мою кандидатуру сразу, не раздумывая, назвав меня настоящим профессионалом и дельным человеком.

Я по-прежнему много времени уделял своим ученикам – Воронцовой и Родькину. Лина потихоньку восстанавливалась после травмы. С Денисом мы в зале ежедневно шлифовали cabriole, как меня учил Н. Б. Фадеечев. На свой страх и риск я начал готовить с Денисом партию Принца в «Лебедином озере». Узнав об этом, в труппе многие над нами откровенно смеялись, мол, Цискаридзе совсем с ума сошел: Родькин – Принц, вот загнул!

12 декабря в концертном зале Барвиха Luxury Village прошел мой бенефис «Николай Цискаридзе в кругу друзей». Ничего подобного я в своей жизни не делал. Убедили меня в реальности такой затеи друзья, режиссеры вечера – А. Лиепа и Е. Дружинин. В результате получился радостный, яркий гала, где были и песни, и пляски, и еще бог знает что. Сначала я честно оттанцевал «Послеполуденный отдых фавна» и «Кармен. Соло», а потом вышел с Настей Стоцкой в номере из мюзикла «Чикаго», который когда-то исполнял с моей любимой Лиличкой Амарфий.

В свой день рождения, 31 декабря, я традиционно исполнил «Щелкунчик» с Воронцовой, полностью восстановившейся после травмы. Мне «стукнуло» 37 лет. Я не чувствовал приближения катастрофы.