Двенадцать дней Коляды

 – И больше ничего не скажешь?

– Я мертв, Варна. – Он спокойно смотрел прямо перед собой. – Я ничего не чувствую.

Глава 11. Святослав

Десять лет назадГореслав швырнул бумаги ему под ноги и отвернулся к окну. Всем своим видом он выражал крайнюю степень недовольства – плечи расправлены, руки сцеплены за спиной, ноги широко расставлены. Белый плащ висел на спинке стула, стол был завален старыми книжицами Светозарных.

– Должны быть хоть какие-то зацепки!

– Их нет.

Развернувшись на каблуках, Гореслав вперился в Свята разъяренным взглядом. Он имел удивительное свойство смотреть на всех сверху вниз, от него исходила такая сила, что многие новобранцы готовы были падать ниц каждый раз, когда он проходил мимо.

Но не Свят. Это приводило наставника в ярость.

– Подними, – повелительным тоном сказал Гореслав."

"Свят смотрел на него сквозь упавшие на глаза волосы. Весь облик Светозарного был ему противен – от седеющих висков до начищенных сапог. Он снова пытался унизить Свята.

– Подними бумаги, – повторил Гореслав.

Он подошел к столу и оперся на него руками. Было в нем что-то от ярчуков, с которыми он постоянно возился. Светозарные называли его Псарем, но шепотом, чтобы он не услышал, – за такое можно было получить десяток ударов плетью.

– У тебя есть младший помощник.

Звук собственного голоса был Святу ненавистен – заискивающий, тихий, насквозь пропитанный страхом.

– Бумаги, Святослав.

Для него это дело чести – заставить Свята подчиняться. Уже много лет Гореслав пытался сломать его, подмять под себя, и в какой-то момент ему это почти удалось. Но не сегодня.

– Раз сам бросил – сам и подбирай.

Ему девятнадцать, уже год он находился на святой земле Ясностана, изучал премудрости охоты, молился и учился уважать старших. С последним пунктом наблюдались явные проблемы.

– Повтори, – потребовал Гореслав, выходя из-за стола.

– Сам поднимешь. – Терять Святу было уже нечего.

Бить по лицу наставнику нравилось – оплеуха получилась такой сильной, что Свят чуть не свалился на пол. Выпутавшиеся из косы волосы взметнулись, на лбу выступила испарина. Он покраснел от унижения, щека налилась кровью.

– Поднимай, – угрожающе сказал наставник.

Свят нагнулся, схватил несколько листов и швырнул их на стол. Гореслав усмехнулся.

– Тебе давно пора привыкнуть к нашим правилам. Знай свое место.

Свят не тешил себя надеждами на то, что в Ясностане будет легко, но едва за ними закрылись городские ворота, Гореслав словно с цепи сорвался. Он приказал забыть о церкви, о том, что там происходило, и, главное, «о девчонке». Для Светозарного она умерла, и он собирался похоронить ее и в сознании Свята.

Свят выскочил в коридор и уверенно зашагал к выходу из терема.