Наследник для жестокого

ОН обрёк меня на жизнь в роли трофея. Разве это не истинно жестоко?

— Предсвадебный подарок, так сказать.

Я не обернулась. Как он мне сейчас противен, кто бы только знал… Он подошёл сам. Боковым зрением я заметила сафьяновую коробочку, из которой Гор вынул браслет и сам надел его мне на руку. Красивая вещь, явно дорогая, но мне она совершенно безразлична. Браслет не вычурный, а тонкий и изящный, с красивой подвеской в виде капельки. Такой можно носить каждый день. Устремила равнодушный взгляд в окно.

— Будем считать, что ты сказала мне ""спасибо"", — продолжал Гор говорить с моим профилем.

— Мне не нужны твои подарки, — раздражённо ответила я, вглядываясь в браслет так, словно он нёс какую-то заразу или беду. — Мне ничего от тебя не нужно.

— Я хочу, чтобы ты носила этот браслет.

— Как скажешь.

— Что-то в тебе изменилось. — Гор стоял очень близко ко мне и пристально разглядывал моё лицо. Мне было крайне неуютно находиться под его цепким, пробирающим до костей взглядом. — О чём вы говорили с Заремой?

— О том, что ты не отпустил меня, когда отец принёс тебе деньги, — повернулась я к нему. И горько добавила. — Зачем? Зачем ты это сделал? Я могла бы стать свободной.

Недобрая улыбка тронула губы Горского.

— Я думаю, что Зарема сюда больше не приедет, — сказал он. — Она слишком много болтает.

Если он выполнит это обещание и всё время меня будет держать здесь как в тюрьме, я сойду с ума. Зачем он бьёт так больно? По самому дорогому. Наверное, стоило промолчать о той правде, которую сегодня я узнала. Но я не смогла. Я не игрушка. У меня есть гордость. Больше ничего и не осталось, но с чувством, что я его подстилка, пусть и в статусе жены, я не смирилась по-прежнему.

— Что так смотришь ненавидящим взглядом? — заломил он бровь.

Он играет со мной. Для него всё игра. И люди — игра, женитьба — игра, и вообще вся жизнь.

— У тебя есть способы меня уговорить, — ладонью он развернул моё лицо к себе. Тёмные глаза остановились на моих губах. — Порадуешь меня сегодня ночью своим язычком — и до конца: проглотишь, и я позволю тебе ещё одну встречу с Заремой.

Он со мной даже говорить больше ни о чем не хочет. Только секс. Один секс. Исключительно секс.

— Не буду, — ответила я негромко.

— Нет? — переспросил он.

— Нет.

— Даже ради Заремы?

— Ни ради кого, — отвела я его руку от себя и отступила на шаг. Наверное, если бы взглядом можно бы было убить — сегодня бы Гор умер. Столько эмоций собралось, что я не могла больше держать себя в руках. Я дошла до точки кипения. Мне стало всё равно, что он сделает потом, но я больше не позволю ему прикоснуться к себе. — Хватит меня шантажировать сестрой. Я больше не буду с тобой спать.

— Да? — свёл он брови вместе. Он злился за отказ, я это явственно ощущала.