Белоснежка для его светлости

 – А кто вам… – и замолчала, но я не видела почему, ибо Клотильда так и не пустила меня к краю занавески, а с другой стороны отодвигать плотное полотно было опасно, вдруг заметят?

– Тогда мы пойдем, – решили сестры и принялись желать всем приятного дня, намереваясь удалиться, на что рыжая стерва, которая их, скорее всего, и заманила сюда мне «на радость», прямым текстом заявила:

– Рина, Лина, неужели неинтересно посмотреть на жену вашего любовника?!

– Мы видели, – равнодушно отозвались девушки.

– И как? – не унималась моя новая родственница.

– Уна, детка, а ты не забываешься? – В голосе Ванды послышались угрожающие нотки. – Нет, я понимаю, что ты решила устроить представление для Снежаны, чтобы развлечь ее и нас, но актеров предупреждать хотя бы надо. Глянь на девочек. Они же белые как мел. Они-то тебе что сделали, если ты их втравила в свои игры? Или да, точно, они же не люди, а всего лишь инструменты для достижения цели. А еще те, кто собирает объедки с господского стола. Ты так вроде говорила, я ничего не путаю? – обманчиво спокойно уточнила свекровь.

И в этот момент мне стало жаль близняшек. Даже ревность, которую испытывала к ним, поутихла под натиском сочувствия и… солидарности, ведь их рыжая терпеть не могла почти так же, как и меня. Перестав ломать комедию, жена Дьяра ядовито процедила:

– Предпочитаю не лицемерить, а говорить о людях то, что думаю, матушка. И о них, и о той малодушной чужачке, которая за неимением Варговой спины прячется за шторой примерочной. Так и будет у эррисара под ногами всю жизнь путаться? А он терпеть, опасаясь новой ссоры со снежным крылом. Тоже мне… мужик, – презрительно бросила «гадюка», и в следующий миг раздался громкий звук затрещины. – Матушка?! – взвизгнула Уна.

– Нам пора, – хором пискнули близняшки.

– Леди Лиам, как вы… как вы… – Камелию явно заклинило.

А я, закинув Персиваля на шею для моральной поддержки, решительно отодвинула занавеску и вышла в торговый зал, ослепительно улыбаясь, так как мной сейчас руководила не обида, а веселая злость. Не успевшие вовремя сбежать блондинки настороженно уставились на меня, Камелия оценивающим взглядом скользнула по темно-синему наряду, а свекровь и Уна все еще лицезрели друг друга, причем вторая прижимала к свекольного цвета щеке руку, а первая с невозмутимым видом растирала свою ладонь.

– Добрый день, леди! – поприветствовала я вновь прибывших и… все на этом.

Подошла к прилавку, полностью игнорируя бывших любовниц мужа, и вполголоса поинтересовалась у госпожи Ризард, есть ли в продаже нижнее белье, а то супружеская жизнь чревата тем, что некоторые вещи не живут дольше одной ночи.