Сваха для дракона

По тому, как дернулся уголок рта в приступе нервной дрожи, стало понятно, что капитан серьезен как никогда. Я поразмыслила, пытаясь найти хоть одну причину, по которой должна выслушивать чужие проблемы, а затем в порядке вежливости уточнила:

– И что вы мне предлагаете?

– Найти Лоркану жену в другом месте, – вновь зашипел Снорре, раздосадованный моей недогадливостью.

Я скептически хмыкнула, поднимая глаза на волшебника, который, захлебываясь энтузиазмом, самозабвенно чертил на карте стрелки самопишущим пером.

– Если быстро закончим здесь, – жирная запятая легла между Тюрром и Кулунтаром, – то успеваем на Карнавал в Лигод! Их князь будет очень доволен, если ты заглянешь!

Лоркан одобрительно кивнул, щуря глаза. Он окончательно смирился с тем, что придется покинуть Аралион на время, но я видела, как иногда, когда ему кажется, что я не вижу, он украдкой хмурится. Уйма проблем требовала внимания, а времени до отъезда оставалось все меньше и меньше.

Каждое утро я наблюдала за тем, как суетятся гвардейцы, снаряжая посольство в дорогу: провиант, сундуки с вещами и дарами. Их было так много, что я начинала подозревать, что отряд будет двигаться с черепашьей скоростью. За месяц уложиться будет непросто.

Тяжелые, шаркающие шаги раздались на галерее, и все непроизвольно обернулись к лестнице. Даже раньше, чем в поле зрения появились темные волосы, убранные венцом, и ярко-алый шелк платья, я знала, кто именно вот-вот присоединится к нам за завтраком.

– Вейлин! – Лоркан подскочил с кресла, кидаясь к сестре. Тревога исказила его лицо, но княжна остановила его движением руки.

– Я в порядке, – голос Вейлин звучал глухо, как будто издалека. Синие глаза, раньше горевшие безумным пламенем, погасли. – Хочу поговорить с леди Ималией.

Подобравшись, я следила одним только взглядом, как Вейлин, которую Лоркан заботливо придерживает за руку, подходит к столу и без сил опускается в кресло. Она выглядела усталой и больной, но вполне в здравом уме. Никаких вспышек гнева или ярости не предвещалось, но Снорре развернулся, заслоняя меня плечом. Неужели брошь, приколотая к воротнику платья, вновь простирает надо мной завесу своего волшебства?

– Леди Ималия, – Вейлин сцепила руки на коленях и встретилась мной глазами. Я ответила кивком, настороженно наблюдая за ее неуверенными, скованными движениями. Губы княжны дернулись, лицо исказилось, как будто от приступа боли, но она смогла обуздать его.

– Приношу свои извинения за инцидент, имевший место несколько дней назад, – невыразительный голос, безэмоциональное лицо Вейлин вгоняли меня в ужас. Я уже хотела ответить, что конфликт исчерпан, но она остановила меня взмахом ладони:

– Я не договорила. Меня терзает болезнь, проявившаяся после смерти родителей.