Лилия для Шмеля (СИ)

Веспверк с коробкой подмышкой помог нам выйти из мастерской, однако сразу к карете не направился. Остановился на краю проспекта и поднял руку, подзывая извозчика.

Вильдия непонимающе уставилась на него, но он делал вид, что не замечает ее раздражения.

К состоятельному клиенту возницы рванули наперебой. Как только первый остановился, Веспверк не торгуясь вручил тому деньги, повернулся ко мне и произнес:

— Так будет спокойнее. С вас же станет пешком пойти, — он как всегда ерничал, но сейчас мне показалось, что в его насмешке проскользнула тоска. Или показалось?

Я промолчала. Возничий тем временем торопливо открыл дверцу и помог мне сесть.

Лишь когда двуколка тронулась, герцог повел Вильдию к карете.

В особняк графини я вернулась вымотанная и морально, и физически, зато моя репутация спасена. Потому что каждый в Нильде знает, что такая стерва, как Вильдия, настоящей сопернице волосы повыдирает, и уж точно не поедет с ней выбирать подарок ребенку.

Однако занозой колола мысль: Веспверк намеренно показал обществу разницу между мной и красоткой, словно убеждая людей, что я его невесте в подметки не гожусь. Понимаю, это для моей же репутации, но как же больно и унизительно.

Ценю, что он сделал для меня сегодня, однако ненавижу его.

Глава 25

Обиды я легко не забываю, однако и не из тех, кто лелеет ненависть в сердце.

Ночью плакала в подушку, потом заснула, а утром, хоть и чувствовала себя разбитой, поняла, что да, прошедшие дни были неоднозначными, дались непросто, но жизнь продолжается.

«Не везет в любви — повезет в чем-то еще!» — с такими мыслями села за книгу. Поскольку вдохновения, конечно же, не было, представила, что пишу пересказ замечательного мульфильма про Щелкунчика, и дело пошло. А погрузившись в работу, на время позабыла о неприятностях.

Наверно, не испытывай я симпатии к Веспверку… Хотя кому вру. Не испытывай я к нему чувств — мне не было бы так больно. Еще обидно, что пришлось терпеть унизительное отношение Вильдии. Будь моя воля, я бы с ней не то, что в одну карету — на одной поляне не села.

И что Веспверк нашел в ней? Думала, он умнее, а оказывается, обычный недальновидный мужик, ценящий красивый фантик, а не содержание. Поэтому решила перестать маяться любовными страданиями и начать обустраивать свою жизнь. Не знаю, сколько еще в этом теле проживу: день, месяц или старость придется коротать — в любом случае настоящей Корфине помогу. Девочка она хорошая, тихая…

Ильнора после переживаний тоже чувствовала себя нехорошо, но терпеливо принимала подруг-посетительниц, вереницей тянувшихся с утра.