Маникюр для покойника

 – А зачем?

Я почувствовала искреннее сострадание к алчной учительнице математики Селене Эженовне. И еще я думала, что Злобный Карлик заломил невероятную цену – десять долларов за час! Да я и за сотню не соглашусь иметь дело со школьниками.

– Хватит, – резюмировал Сережка, – тебе позже на уроке объяснят.

– Безобразие, – донеслось из коридора, и в кухню влетела Виктория, – просто безобразие!

Следом на полусогнутых вползла Муля. Мордочка собачки превратилась в ярко-красную.

– Ой, – испугался Кирюшка, – она поранилась!

– Данное существо, – провозгласила Виктория, указывая на сидящего с виноватым видом мопса, – данное отвратительное существо испортило косметическую процедуру!

– Да это же клубника! – воскликнул Сережка, рассматривавший мордочку собачки.

– Именно, клубника, – согласилась гостья, – я сделала маску, легла в кровать и, каюсь, слегка задремала. А эта дрянь залезла и облизала мое лицо дочиста!

Я отвернулась к мойке и постаралась, чтобы Виктория не заметила, как смех пытается вырваться из моей груди.

– Ты мажешь лицо в ноябре оранжерейной клубникой? – изумилась Юля.

– Ну и что? – фыркнула дама. – Кожа нуждается в питании, и ты глубоко раскаешься лет через десять в том, что не следила за собой. Да я в свои пятьдесят гляжусь девочкой.

Я снова уткнулась носом в мойку. Да у нашей гостьи склероз. Никак не может запомнить, сколько ей лет на самом деле, то говорит сорок, то пятьдесят.

– Муля обожает клубнику, – пробормотала Юля, глядя на энергично облизывающегося мопса.

– Вот и хорошо, – влез Кирка, – ей тоже витамины нужны.

Виктория Павловна молча села за стол и принялась с кислым видом пить чай.

Я же пошла к себе и набрала телефон парикмахерши Нины. В трубке долго звучали гудки, потом слабый старческий голос продребезжал:

– Слушаю.

Наверное, не туда попала.

– Можно Нину?

– А кто ее спрашивает?

– Знакомая.

– Какая?

– Евлампия.

– Не слышала про такую, – бдительно заметила бабуся.

Мое терпение лопнуло, и я сердито заявила:

– Майор Романова из уголовного розыска, немедленно позовите Никитину.

– Так она в больнице, – сообщила старушка.

– Как? – изумилась я.

– А вы что хотели, – моментально окрысилась собеседница, – прийти домой и такое увидать! Сразу сердце и схватило…

– Что увидать?

– Как что? Квартиру свою разграбленную, все нажитое тяжелым трудом унесли, проклятые…

Бабушка стала изрыгать проклятия сначала по адресу криминальных структур, потом перекинулась на правоохранительные органы.