Невеста для графа

К счастью, Хью не заставил себя ждать и сразу представил ее дворецкому – мистеру Уилкинсу, а также ключнице – миссис Грин.

– Хочешь прямо сейчас увидеть свою комнату? – спросил Хью. – Ты, должно быть, устала.

– Да, спасибо, – сказала Элиза.

Не успела она сделать и нескольких шагов, как вдруг услышала за спиной до боли знакомые звуки и оглянулась. Вилли мчался к ней, царапая когтями пол. Желтый бант, уже изрядно потрепанный, все еще висел у него на шее. Следом за Вилли бежал лакей. Присев на корточки, Элиза засмеялась, без особого успеха уворачиваясь от шершавого языка своего любимца.

– Что это? – воскликнула леди Гастингс; стоя в дверях той маленькой комнаты на первом этаже, она в ужасе смотрела на пса.

Элиза выпрямилась, что было нелегко: пес цеплялся когтями за кружевную отделку платья.

– Это Вилли, миледи.

Вдовствующая графиня уставилась на сына и воскликнула с возмущением.

– Собака?

– Да, Вилли – собака, мама, – отозвался Хью. – Но он очень благовоспитанный пес.

Вилли, разумеется, воспользовался моментом, чтобы вцепиться зубами в торчавший из кармана Хью носовой платок. Элиза болезненно поморщилась, услышав треск рвавшейся ткани. Леди Гастингс схватилась за сердце, а ее сын весело рассмеялся и потрепал пса по голове.

– Как правило, благовоспитанный, – внес он существенную поправку и опять засмеялся.

– Я не… – Розмари вздохнула и махнула рукой. – Впрочем, не важно, – заключила она и взглянула на Элизу.

– Миледи, не волнуйтесь, – поспешила успокоить ее Элиза. – Он почти все время проводит в саду. Я позабочусь, чтобы он никого не беспокоил.

– Вы очень добры, – сказала вдовствующая графиня, – но сада здесь нет. Уилкинсу придется поручить кому-то его выгуливать.

Элиза предпочла бы лично выгуливать своего пса, но у матери Хью было такое лицо, что она решила промолчать. Было совершенно очевидно, что леди Гастингс собак не любит.

– Да, мэм, конечно, – присев в реверансе, пробормотала Элиза.

– Спасибо за понимание, дорогая, – сказала Розмари и вернулась туда, откуда пришла.

Элиза, вцепившись Вилли в холку, с трудом удержала его на месте, не дав броситься следом за графиней.

– Пойдем же наверх, – сказал Хью, увлекая жену за собой.

Переступив порог спальни, Элиза осмотрелась. Эта комната оказалась гораздо меньше ее комнаты в отцовском доме. К тому же удручающе мрачная. Мебель темного дерева с темно-красной обивкой нисколько не радовала глаз, а ковер в грязно-коричневатых тонах – тем более. Уродливые бумажные обои темно-бежевого цвета покрывали какие-то подозрительные пятна.

«Но Хью со мной рядом, а все остальное не так уж важно», – решила Элиза. Когда муж закрыл дверь и заключил ее в объятия, все прочее и вовсе отошло на второй план.