Невеста для графа

Хью пристально посмотрел на нее, и Элиза невольно попятилась – у него был такой странный взгляд… Впрочем, уже через мгновение в его глазах вновь вспыхнуло пламя страсти. Какое-то время казалось, что он передумает уходить и останется, но в конце концов чувство долга – увы, не супружеского – взяло верх.

– Леди Гастингс, если вы будете ждать меня в том же самом виде, в каком вас оставляю, я постараюсь вернуться как можно скорее, – сказал граф, виновато улыбнувшись.

– Ну, если вы этого хотите…

– Да, хочу, – заявил Хью. Он привлек жену к себе, чтобы еще раз поцеловать. – Сегодня, знаете ли, у меня первая брачная ночь.

– Ночь еще не наступила, – резонно заметила Элиза, задыхаясь от чувственного волнения.

– И мне ужасно жаль, что я вынужден поступаться этим драгоценным временем. – Хью со вздохом поднял с пола сюртук. – Ты могла бы поспать немного, пока у тебя есть такая возможность.

В следующее мгновение дверь за ним закрылась, и Элиза, пожав плечами, ненадолго задумалась. Поскольку до вечера было еще далеко, она вызвала горничную, и та помогла ей вновь облачиться в платье. Элиза решила, что было бы неплохо поближе познакомиться с новым жилищем, и ключница провела ее по всему дому, показав абсолютно все – от кладовой в подвале до личных комнат слуг в мансарде.

Хью не вернулся ни через час, ни через два. Не пришел он и к ужину. Мэри сообщила своей хозяйке, что все остальные леди велели принести им ужин в их покои. «Наверное, они решили не беспокоить нас и дать нам возможность побыть вдвоем подольше», – подумала Элиза и тоже попросила принести ей ужин в комнату. Она вывела Вилли на прогулку в сопровождении лакея, показавшего ей, где находился ближайший сквер. Пес не желал гулять на поводке, и Элиза облегченно вздохнула, когда они вернулись домой и Вилли увели на кухню, чтобы там покормить.

А Хью все не возвращался… Не вернулся он и тогда, когда зажглись уличные фонари и стайки экипажей принялись бойко сновать за окнами. Элиза не переставала удивляться, какой бурной и яркой жизнью жила столица, не то что полусонный Гринвич.

Хью не вернулся и тогда, когда Элизу стало клонить в сон. Когда же она, задремав, едва не упала со стула, пришлось вызвать Мэри, и та помогла ей приготовиться ко сну. Вилли так грустно на нее смотрел, что Элиза, сжалившись, похлопала ладонью по постели, и пес, радостно тявкнув, запрыгнул к ней. Потоптавшись с минуту в нерешительности, он наконец улегся рядом с хозяйкой, свернувшись в клубок. Элиза погладила его по голове, но ей, как и Вилли, было грустно. Вовсе не с Вилли рассчитывала она провести свою первую брачную ночь.

Хью готов был расквасить смазливую физиономию Реджинальда Бенвика.