Пружина для мышеловки

А ну-ка, тряхнем погонами!

Встав в конец длинной очереди, я обратился к стоящей впереди меня женщине лет тридцати:"

"– Простите, ради бога, вы мне не подскажете, где можно купить асклезан? – для убедительности я потряс перед ней своим списком и сделал вид, что напряженно вчитываюсь.

Женщина обернулась.

– Как вы сказали?

– Ас-кле-зан, – повторил я по слогам.

– А что это такое?

Так, мимо. Она тоже не знает. Я виновато улыбнулся.

– Вот ведь ситуация… Получил список покупок и не могу разобраться… У кого ни спрошу – никто не знает.

Я говорил громко, чтобы привлечь внимание как можно большего числа стоящих в очереди. Делать им все равно нечего, и люди с удовольствием вступят в разговор, сто раз проверено.

– Как вы говорите? – послышался голос откуда-то сбоку, из соседней очереди.

– Асклезан, – повторил я. – Не знаете?

– Нет…

– Это вам в аптеку надо, молодой человек, – вступила в разговор дама средних лет из середины моей очереди. – Тут у выхода есть аптечный киоск, там и спросите.

– Точно? Вы уверены, что это лекарство? – спросил я.

– Да что ж мне быть уверенной? Я им давно пользуюсь.

– А от чего оно? От какой болезни?

– Проблемы с венами. У кого ноги, у кого геморрой…

При этих словах очередь заметно оживилась, вероятно, геморрой оказался актуальной проблемой, и всезнающую даму засыпали вопросами. Она с удовольствием и подробно рассказывала про свой варикоз, сетовала на то, что на ней брюки и она не может показать, какие жуткие у нее узлы на ногах, и на все лады расхваливала этот самый асклезан. Я успокоился, хотя в первый момент, надо признаться, здорово струхнул, когда услышал, что неизвестное мне слово обозначает лекарство. Кто-то из родителей болен? И болен какой-то новой для меня болезнью, потому что нужно новое лекарство. Но раз все дело в венах, тогда понятно. Вены – папино слабое место, ведь все репетиции и выступления – на ногах, сидя много не напоешь, опоры нет. Выступает папа много и часто, а уж репетирует… Короче, отбой воздушной тревоги, новых напастей на нашу семью пока не обрушилось.

К половине десятого я миновал кассу, уныло обозрел закрытый аптечный киоск, загрузил покупки в багажник машины рядом с папиным цветком (кажется, я снова забыл, как он называется) и остальными подарками и ринулся в круглосуточную аптеку. На мой вопрос об асклезане я тут же получил удар под дых:

– Вам таблетки или крем?

Пришлось снова лезть за мобильником. На этот раз мне повезло, мама ответила сразу же.

– Ну конечно, таблетки. Я же тебе сказала утром.

Да? Надо же, я как-то мимо ушей пропустил. Впрочем, мог бы и сам догадаться. Папа – человек публичный, в том смысле, что часть репетиций и все выступления проходят на людях, и не всегда удобно снимать брюки и мазать ноги.