Ловушка для артефактора

Следом бежали близнецы, а за ними и Киран.

— Там! — крикнула я, не добежав, и жестом перенаправила в сторону девушек. Элена как раз подскочила к осевшей на землю Агнесс.

Дальнейшее от меня не зависело. Моя задача не мешать."

"Агнесс — умничка, смогла дойти, чтобы сообщить, что они неожиданно напоролись на стаю тварей, сигналки по какой-то причине не сработали, и им пришлось принять неожиданный бой с большой стаей тёмных тварей. Натан как старший отправил Агнесс за подмогой — Мирон вытолкнул её из эпицентра воздушной волной, а ранило её уже после того, как она отделилась от группы — не повезло наткнуться на измененного.

Задело девушку довольно сильно. Кас предложил эвакуацию, но Элена отмахнулась. Сказала, что рёбра зарастить нетрудно, и рана на ноге уже не представляет опасности. Девушка лечила прямо на ходу, пока ребята несли Агнесс в крепость, и главным образом переживала о потере крови, но и это считала восполнимым. Незачем тратить камень экстренного переноса — угрозы жизни нет. Закончив, Элена погрузила пострадавшую в целительный сон, оставляя её прямо на обеденном столе — переносить гончая не позволила, хотя Киран и порывался. Не стоит тревожить срощенные рёбра.

На сборы ушли считанные минуты. Элена внимания на меня не обращала, близнецы смотрели со злым недоумением — мол, мы же тебе верили! — но высказываться не спешили. Киран хмурился, что-то обмозговывая. И только Касьян нашёл секунду, чтобы ободряюще сжать моё плечо.

— Мы во всём разберёмся. Не накручивай себя.

И они отправились в спасательный рейд, оставив меня присматривать за пострадавшей. Перед уходом Элена сжалилась и шепнула:

— Агнесс будет спать, за неё не переживай.

Это я знаю. Целительский сон глубокий и надёжный, похож на беспамятство.

— Так, может, я с вами?

— Сигналки проверить хочешь? — Элена вглядывалась в моё лицо с исследовательским интересом. — Понимаю. Но сейчас ты будешь только мешать.

И все. Ни упреков, ни злой или доброй подначки. Просто констатация факта — обуза. Обидно, но это правда. Силы и боевой подготовки во мне никакой.

Зато голова при мне, а в ней, как известно, мускулов нет.

Неподвижная Агнесс смахивала на труп. Сходства добавляло то, что лежала она на обеденном столе, временно ставшем операционным. Находиться рядом с этой печальной инсталляцией не хотелось, поэтому, прихватив куртку — как только солнце скрывается, в горах сильно холодает, — я вышла на воздух подумать. Устроилась на тренировочной площадке — наличие второго колокола, того самого, что нашли в руинах, успокаивало. Его всё-таки приспособили для тренировок. И обзор, опять же. С этой точки просматривались и дверь, и подлесок, в котором скрылись наши.

Думала я, думала, и так и эдак крутила мысль, но озарения не случилось.