Игра не для слабых: Наемник

Сказали, что если мы не будем плясать под их дудку, то их прирежут, как бешенных собак.

— Да, это в духе Бернарда, — согласился Морро, — Как я уже и говорил: он — умеет убеждать. А ещё он не умеет держать своего слова по отношению к тем, кого считает говном. Так что ваших друзей всё равно прирежут. Или уже прирезали. Но мы отвлеклись. Так зачем он попросил вас это мне…

«Стой, кто…» — крик, раздавшийся с улицы оборвался на полуслове. Но за ним тут же последовал другой: «Тревога! Враги!»

Что-то громыхнуло. Послышался лязг стали о сталь. За ним почти сразу последовали крики раненных.

— Какого дьявола, — выругался Морро, — Ольберт, пойти посмотри, кого ещё нелёгкая принесла к нашему порогу. И заодно подними пар…

Дверь дома сотряслась под тяжелым ударом, оборвав торгаша на полуслове. Вся уверенность с него мигом слетела. Взгляд серых маслянистых глаз заметался по стенам, а руки нервно сжали небольшой бархатный платок, лежавший на столе.

— Ольберт, мать твою! — рявкнул он на застывшего в оцепенении бандита, — Я тебе сказал, тащи свою задницу наружу и разберись с…

Раздался треск досок. Снесённая с петель дверь с грохотом упала на пол. В коридоре послышался тяжелый топот латных ботинок. А за ними последовал новый удар. Уже в нашу дверь.

— Дерьмо. Ладно парни, режьте этим глотки и уходим, — нервно бросил торгаш направляясь к одному из шкафов. Державший меня бандит занёс руку с кинжалом. И в этот момент рухнула на пол дверь. В комнату ворвались люди, облачённые кольчуги и частично — тяжелые латы. Поверх них они носили белые стёганки с вышитым на них пылающим мечом. Это были клирики ордена. Восемь человек."

"Головорезы торгаша отпустили меня и бросились на них. Бой был недолгим. Один сразу напоролся на клинок. Другого ткнули в бок кинжалом и отоварили по морде латной перчаткой. Здоровяк, на которого кричал торгаш помедлил, и отступил на шаг, изготовив секиру к бою. Но применить ему, её было не суждено. Из толпы латников вылетел тяжелый арбалетный болт, угодивший ему прямо в шею. Бандит покачнулся и рухнул на пол, хватаясь руками за горло. В комнате, не считая бойцов ордена, остались только я, Роберт и Морро. Повисло напряженная тишина.

Впрочем, длилась она недолго. Торгаш рванулся к шкафу, схватил трясущимися руками какой-то флакончик и попытался его открыть. Рыцарь ордена сделал шаг вперёд и ударил его по рукам, выбив бутылёк. Второй удар, пришедшийся под дых заставил торговца согнуться пополам.

— Ты отправишься на суд к богам, ублюдок, — послышался резкий, но в то же время чуть гнусавящий голос. В комнату вошёл ещё один клирик. Он уже не был облачён в доспехи. С его плеч свисала обычная белая ряса, посреди которой алел пылающий клинок, — Отправишься и ответишь перед ними. Но не сегодня и не сейчас.