Игра не для слабых: Капитан

Нет, ставни и двери мы сделали на совесть. Чтобы выбить такую, надо постараться, но… Они ведь могут и впрямь постараться.

— Скоро, — кивнул я, — Лавина должна была лишь присыпать вход и уйти дальше вниз по склону, увязнув в лесу и вороньих клювах. Ещё немного и мы…

По шахте прокатился металлический лязг. Бойцы Дельрина перестали копать, отставили лопаты в сторону. Один из них встал на колени и принялся разгребать снег руками.

— Что там? — поинтересовался командир храмовников.

— Хорошая и плохая новость, — отрапортовал солдат, — Хорошая — мы должно быть близко к поверхности, плохая — дальше камень. Должно быть козырёк входа обвалился, когда по нему прошла снежная волна.

— Если бы козырёк обвалился, мы бы сначала камни откапывали, а потом уже снег, — возразил я, — Должно быть их принесло лавиной с вершины горы. Слой не должен быть слишком твёрдый, ведь порода ещё не успела слежаться или сильно промёрзнуть."

"— Всё равно это займет какое-то время, и одними лопатами тут не обойдешься. Дерьмово, — Бернард потёр щетину перчаткой, — Мы в глубине шахты, кажется видели старые кирки. Сходите, посмотрите, может они смогут нам помочь.

Храмовник смерил капитана презрительным взглядом. Бернард ответил взаимностью. На несколько секунд в шахте повисла звенящая от напряжения тишина. Солдат всё-таки отвёл взгляд. Но спустя мгновение он сплюнул на пол, вновь его поднял и сквозь зубы процедил, указывая на Дельрина.

— Я подчиняюсь ему. Не тебе.

На скулах Бернарда вздулись желваки. Лицо на несколько мгновений приобрело багровый оттенок. Было видно, что он очень хочет врезать ему под дых и сдерживается из последних сил, но… Миг, и его лицо приобрело обычное скучающее выражение.

— Дельрин, будь так добр… — он повернулся к рыцарю, — Отправь своих ребят на поиски кирок. Мои парни и без того копали этот сраный снег уже часа четыре и им нужно перевести дыхание.

Командир храмовников ничего ответил. Тоже просверлил Бернарда тяжёлым взглядом, а затем лишь молча кивнул. Пара его человек тут же скрылись в глубине шахты.

Тук-тук… Тук-тук… Металл звенел о камень, и гулкое эхо гуляло под низкими сводами старой шахты. Тук-тук… Тук-тук… Внезапно пещеру наполнил оглушительный грохот. Такой, что у меня снова заложило уши. По глазам резанул свет. С непривычки он мне показался нестерпимо ярким, обжигающим. Но спустя несколько секунд глаза приспособились, и стало ясно, что это лишь тусклый лунный луч, с трудом пробивающийся сквозь небольшое отверстие в снежном насте.

Дремавшие у стен солдаты зашевелились и начали подниматься. За последний день они все вымотались, потеряли боевых товарищей, чуть не погибли сами и ещё добрых часа четыре махали лопатами и кирками. И большинству из них сейчас просто хотелось бы пожрать и поспать.