Игра не для слабых: Капитан

Нужно выбирать аккуратно… Попытаться как-то вычислить вожака…

Твари задвигались. Повернули свои уродливые морды в сторону горы, вытянули шеи, открыли пасти. И завопили.

Тонкий, пронзительный крик, заполонивший собой всю округу, продрался через барабанные перепонки и впился в мозг. Лишь на мгновение. Затем вокруг наступила глухая, пульсирующая тишина, в которой были слышны лишь кровяные молоточки, бьющие в виски изнутри. По шее поползли две тёплые, липкие змейки."

"Я помотал головой, пытаясь отогнать этот вязкий, звуконепроницаемый полог, облепивший меня с головы до ног, а заодно избавиться от пульсирующей боли, разрывавшей мозг изнутри и замер на месте, как вкопанный. Тварей, которые сидели на вороньих клювах, на месте уже не было. Их вообще нигде не было.

Кто-то вцепился мне в плечо и отчаянно начал трясти. Дельрин. Рыцарь что-то кричал, но я ничерта не слышал. Видел только, что он будто рыба, молча открывает рот. Но потом храмовник, видимо поняв, что орать бесполезно, отошёл чуть в сторону и указал рукой на гору. Далеко вверху, почти у самых облаков, её склон окутала густая дымка взвившегося в воздух снега.

На нас шла лавина.

Глава 23 «Игра на опережение»

Мир вокруг застыл. Застекленело мгновение в глухой, непробиваемой, холодной тишине. Перекошенные в диком, животном ужасе лица бойцов. Открытый, в немом крике рот Дельрина. Мелко дрожащие вороньи клювы, устремлённые в бездонное голубое небо. Снег, начавший с них падать, но замерший на полпути.

Я помотал головой, пытаясь вытряхнуть застрявшие в ушах пробки. Не помогло. Меня по прежнему окружала глухая, непроницаемая тишина. Но мир пришёл в движение. Мимо, пронёсся один из бойцов. Он карабкался по склону, цепляясь за острые скальные выступы и увязая в глубоком, рыхлом снегу. За ним последовал ещё один. Его лицо перекосила гримаса ужаса. Он не смотрел наверх. Лишь себе под ноги, стараясь не поскользнуться и не упасть.

Чья-то рука вцепилась в моё предплечье. Вцепилась и сжала до такой степени, что там что-то начало хрустеть, а у меня в глазах потемнело от боли. Вцепилась и рванула вверх, буквально таща за собой. Я вновь увидел перекошенное криком лицо Дельрина, пытавшегося волочь меня в сторону плато. А за его спиной огромную, снежную волну, медленно спускающуюся вниз широким, ледяным языком. Всего несколько мгновений назад она была лишь небольшим облачком взметнувшегося в воздух снега, на вершине горного пика, а теперь…

Я начал усиленно перебирать ногами. Снег хватал за ботинки, пытался набиться внутрь или съехать вниз, обнажая слой льда, скрывавшийся под ним. Каждый шаг наст бесшумно проламывался под подошвами, и нога вновь уходила в белое одеяло по самое колено, чтобы начать скользить вниз по промёрзшим камням.

Дыхание перехватило.