Идеальна для меня

Как если бы человечество очнулось без своей же столицы.

И не важно, люблю ли я его, хочу ли я подарить ему свою жизнь… Сейчас эти мысли были откинуты прочь. Я знала одно абсолютно точно: что без мужчины в черном худи моя планета потеряет гравитацию, и я растворюсь в невесомости.

— Очень мило и даже романтично, смею признать, Браун… — хмыкнул Филипп, нервно сглотнув. Он хотел что-то сказать, но вдруг нахмурился и стушевался, растерявшись на долю секунды. — Что… Что ты делаешь?

В голове перепутались понятия «прав» или «виноват», «черное» и «белое». Я больше не хотела ничего делить, больше не хотела выбирать и разграничивать. Глубоко вздохнув, я сделала шаг вперед, и в одно крохотное мгновение пистолет, нацеленный на Конрада, поменял мишень. Теперь ею была я и мое давно разбитое сердце.

— Стреляй, — без капли эмоций, чувств, истерики и скандала предложила я. Мой голос был ровным, а мотивы прозрачны.

— БРАУН! — рявкнул Шульц позади меня так остервенело и надрывно, что по спине прошел холодок.

«Он боится за тебя, — шепнул внутренней голос. — Но уже слишком поздно об этом думать».

— Я не хочу тебя убивать, милая, — закатив глаза, протянул Филипп мне, словно умалишенной или ребенку из яслей, а затем недвусмысленно пробежался взглядом по фигуре. — У меня на тебя совершенно другие планы. Но если ты так просишь, то…

— Просто слушай, что я тебе говорю, — я не могла видеть лица Шульца, но он явно говорил сквозь стиснутые зубы и со сжатыми до треска суставов кулаками. Это был военный приказ, требующий немедленного выполнения. — Отойти нахрен.

Повернувшись вполоборота, я хотела взглянуть на Конрада в тот самый последний раз, запомнить его лицо, выбить в своей памяти навечно. Я не особо верила в загробный мир, не являлась религиозным человеком. Но если бы он был… Я хотела бы помнить это мгновение. Эту секунду. Его широко распахнутые, испуганные глаза, его вздымающуюся грудь, нервно дергающийся кадык.

— Ты больше не мой босс, помнишь? — прошептала я, не в силах подавить слезы.

Конрад хотел сказать что-то, он уже распахнул рот, а затем прозвучал выстрел. Громкий, проехавшийся по ушам мерзким скрежетом. Оглушающий, парализующий, выбивающий из легких весь дух.

Вдох-выдох…

Я приложила руку к груди и не обнаружила там боли — ничего. А затем взгляд мой упал на худи Конрада, где виднелась маленькая явная точка. Она медленно заполнялась алой жидкостью, так быстро… Так неумолимо быстро.

Мой дикий, безумный крик утонул в смехе Майера. Его довольном, бешеном реве. А затем он сделал еще парочку контрольных, и тогда Конрад упал. Просто повалился на пол с глухим стуком.

— З-зачем? — с ужасом посмотрела на Майера, с невероятным желанием изрешетить его мерзкое тело.