Единственная для Хранителя Закона

Люди боятся духов Разлома, но сейчас куда безопаснее, чем было раньше.

— Я не знаю, кто такие духи Разлома. И что такое разлом, — сказала я, чтобы поддержать разговор.

Не то чтобы мне это было интересно. Просто чтобы не молчать.

— Далеко в море есть что-то вроде трещины, которая ведет на изнанку мира. И оттуда вырываются духи, которые, в общем-то, смертельно опасны. Хранитель Теней следит за тем, чтобы эти духи вели себя смирно. Ну и вот, заканчивая про Квентина, в рабочей деревне он тоже не прижился — постоянно возвращался в Кальстор. А жить ему негде, чердаки-подвалы уже под присмотром стражи и Теней — бойцов Хранителя Теней. Сагерт развивается в лучшую сторону, но это не всем нравится. Давай устраиваться на ночь.

Я кивнула и, встав, сказала:

— Постелю тебе в своей комнате. Сама лягу у Деми. Не думаю, что усну, но…

И я бы не уснула. Это было попросту невозможно, но Арлетт думала иначе — она подкралась ко мне совершенно бесшумно и, это я успела понять в последнюю секунду, вырубила меня заклятьем. Я провалилась в кромешную тьму, чтобы через пару часов вынырнуть из нее под шум чьего-то разговора.

Глава 6

Подхватившись с постели, я хотела гневно окликнуть Арлетт — как она посмела использовать на мне магию, но… Но вокруг была по-прежнему ночь, а я чувствовала себя полностью отдохнувшей.

Призвав небольшой осветительный шар, я направилась вниз, на звук голосов. И нос к носу столкнулась с Арлетт.

— А я иду тебя будить, — невесело произнесла она и спросила: — Будешь ругаться?

— Ты не должна была…

— Всего лишь двадцать минут глубоко сна, — мягко произнесла она. — К сожалению, это заклинание предполагает неожиданность. Если человек подготовлен и ожидает его — ничего не происходит. Моя лаборатория бьется над этой загадкой, но пока что ничего не выходит. Боюсь, что нам следует изучать не магию, а человеческое сознание.

— Магию изучать проще. — Я пожала плечами и добавила: — Но все же я предпочту, чтобы ты не испытывала на мне заклятий.

— Тебе потребуются все твои силы, — мрачно отозвалась Арлетт. — Идем, я заварила кофе.

— Погоди, — спохватилась я, — а ты? В смысле, ты не хочешь отдохнуть?

— Зелья и стимуляторы, — Арлетт пожала плечами, — согласись, что мне проще, чем тебе. Когда я устану — усну и меня не будут терзать страхи.

Я кивнула. Она права. Помогая нам, Арлетт все равно не перенимает и в полной мере не понимает моей боли. Она заботится о нас так, как заботилась бы и о других попавших в беду людях. Это неравнодушие — свойство ее характера.

— Ты очень отзывчивый человек, — сказала я, когда мы спустились вниз.

Правда, на лестнице я чуть не упала: дом был погружен во тьму, а моего маленького огонька не хватало, чтобы осветить сразу все.

— Ты видишь в темноте?

— Да, научилась.