Попаданка для дракона

Дымоход не работал, вся гарь и едкий дым повалили внутрь дома.

Пришлось в спешном порядке заливать огонь, распахивать окна, двери и торчать снаружи ожидая, когда все это выветрится.

На этом я сломалась. Села на завалинку и начала реветь.

Было очень жалко. Себя. Что у меня все вот так вот, через одно место. В другой мир попала, к разбойникам попала, к выжлам попала, в заброшенный дом попала. Все лучшее собрала, и конца и края этому не видно.

А тут еще снова дождь пошел. Ливанул сплошной стеной, так что я моментально промокла до трусов, а бежать и прятаться не было сил.

Так и сидела, сгорбившись под колючими каплями, а из окон неспешно вился темный дым.

Все. Надоело. Ночь в этой дыре пересижу и уйду в деревню. Как-нибудь потихоньку устроюсь. Или…или в столицу пойду. Да! Именно туда. Всех женщин туда забрали и меня примут. Выкарабкаюсь как-нибудь.

Решив так, я вытерла слезы и вернулась в выстывшую избушку. Внутри было холодно и неуютно, все еще пахло гарью, с потолка снова лило.

Я привычно расставила ведра, доела холодные тушеные овощи и кусок вяленной крольчатины, припасенной на черный день. Собрала сумку на завтра: фляжку с водой, сушеные яблоки, оставшийся хлеб и несколько кривых морковок. После этого прошлась на улице, проверяя все ли в порядке, заперла сарай, а ржавый ключ по привычке спрятала в условленном месте. Если Оллин все-таки жив и вернется, то хворост и запасы ему пригодятся. Я даже думать боялась о том, как в этой берлоге пережить зиму.

Мне такое точно не по силам.

Глава 12

Ночью меня разбудил стук в окно. Настойчивый, даже злой. Он пробивался даже сквозь грохот поздней грозы. Сначала в одно окно, потом во второе, в третье, в дверь.

Я снова затаилась под кроватью и слушала, как на улице сипит и стонет неведомый зверь. Мне казалось, что я слышу в завываниях ветра протяжный стон: Мария-я-я; или вкрадчивое, угрожающее: Ма-а-аша.

А потом раздался звон стекла и ветер ворвался в комнату.

Следом за ветром в окно протиснулся и тяжело упал на пол холщовый мешок, а следом показалась всклокоченная седая голова."

"— Оллин! — воскликнула я, подскочила и пребольно ударилась затылком о перепялочину, — черт.

— Ты оглохла что ли? — сердито рявкнул он, — я уже полчаса вокруг хожу, а внутрь попасть не могу.

— Прости, прости, — причитала я, подскочив к окну, — мне было страшно, я думала, что это выжлы или дикие звери. Спряталась.

— Может, дверь откроешь? — уже мягче проворчал он, — я, знаешь ли, не в том возрасте, чтобы через окна лазить.

— Сейчас, — я побежала ко входу, с трудом отвалила тяжёлый засов и распахнула дверь, впуская домой насквозь промокшего мага.