Букет для будущей вдовы

Ты слышал, что она в подвалах больничного городка окопалась? В общем, у вас не город, а гигантский психдиспансер какой-то. Просто шикарное место для зимнего отдыха!

Он вдруг посерьезнел и потер переносицу с таким остервенением, что на коже выступило белое пятно, вмиг сделавшееся красным.

- Ты только при матери это не вздумай повторить, и, вообще, лучше забудь.

- Что именно? - я недоуменно отвела от бровей вспотевшую челку.

- Про старушку из больничного городка... Это все сплетни. Гадкие, низкие сплетни. Они на девяносто девять процентов не соответствуют действительности, и пустили их какие-то базарные торговки...

- Да в чем дело-то?

- Ни в чем, - Леха поморщился. - Просто мама Марины, тетя Оля... та, которая умерла... Она лежала в онкологии, и потом пропала. Взяла вещи, ушла своими ногами и не вернулась. Ее не нашли. Вот оттуда и сплетни... Но у неё был рак в такой стадии, что жить ей оставалось от силы пару недель. Все врачи говорят. Так что про старуху, которая прячется в подвале - это все бредни.

- Прости, пожалуйста, я не знала, - в горле моем встал противный, мешающий дышать комок. - Я даже не думала, что это может быть связано с Мариной и... Просто гадко все, грязно! Прости...

Он ничего не сказал, одной рукой прижал к своему плечу мою голову и потерся подбородком о макушку, словно желая удостовериться, что я здесь, я - его, и я никуда не денусь в ближайшие сто лет...

Глава десятая, в которой я узнаю о репродукциях на стене, и история получает новый поворот."

"В бабушкиной комнате пахло сухим печеньем и церковными свечками. Несколько свечек, заботливо обмотанных куском белого полотна, лежало на деревянном столе. Рядом стояли маленькие иконки в металлическом окладе и пара древних рождественских открыток с пухлощекими ангелочками. Сквозь плотно задернутые шторы в комнату пробивался желтый свет уличных фонарей. Бабушка вязала. Близоруко щуря слезящиеся глаза, поочередно склоняя голову то к одному плечу, то к другому и как-то неловко поддевая темными пальцами короткие спицы. Получался то ли носок, то ли гольф непонятного размера серый с широкими красными полосками. Я сильно подозревала, что вяжет бабуля не для того, чтобы что-нибудь в результате связать, а просто, чтобы разминать ревматические руки. Седые её волосы были заплетены в две девичьих косички, и те, перекрещиваясь, крепились за ушами старинными черными ""невидимками"".

Я сидела на кровати, заправленной оранжевым покрывалом - той самой, на которой провела свою первую ночь в Михайловске, и читала ""Поющих в терновнике"". Книжку Леха разыскал у мамы в шкафу, отряхнул от пыли и сурово пообещал мне, что проведет экзамен по прочитанному. Сам он в данный момент помогал Елене Тимофеевне наводить порядок на антресолях.