Игрушка для бизнесмена

Выпустив струйку дыма, мужчина задумчиво смотрит в пространство и поворачивает голову, реагируя на движение в свою сторону.

Всматриваясь в его лицо, пытаюсь понять, что чувствую. Ничего. Даже волнения. Даже когда его глаза останавливаются на мне и слегка сощуриваются.

Облизнув губы, прикидываю, не пора ли мне разворачиваться прямо сейчас, но уголок его губ вдруг медленно ползет вверх.

Положив свою сигару на позолоченную подставку, встает и абсолютно естественным движением выдвигает для меня стул.

Твою мать…

Куда я, черт возьми, попала?

— Какой сюрприз, — тянет, заглянув в мои глаза.

Опустившись на стул, понимаю, что я безнадежна.

Кажется, таскаться по кафе самообслуживания в компании… одного психа, для меня гораздо комфортнее, чем полный набор столовых приборов по обе стороны от пустой тарелки перед моими глазами.

— Добрый вечер, — складываю на коленях руки, осматриваясь.

Столы удалены друг от друга так, чтобы не вторгаться в личное пространство соседнего стола."

"Это не кафе самообслуживания.

Это для тех, кто хочет покурить сигару в тишине и под треск поленьев в камине.

— Приятное место? — интересуется Алиханов, усаживаясь на свой стул и возвращаясь к сигаре.

Сквозь клубы белого дыма, его глаза изучают мое лицо.

Нарушив все правила “приличий”, уверена, кладу на стол свой телефон, стараясь не потревожить приборы.

— Очень… уютно.

— В Москве мало по-настоящему уютных мест, — затягивается он.

Я могла бы определить его возраст границей от сорока до пятидесяти, но тут ни в чем нельзя быть уверенной. В его волосах седина. Они почти белые, но его лицо не такое уж и старое. Черты не самые правильные и не самые красивые, но темно-карие глаза выглядят черными, и это затягивает. У него нет “живота”, но и мышцы под всей этой одеждой угадать сложно. Наверное, аристократам, потомственным или липовым не гоже таскать под рубашками кубики пресса, как у… Черт!

— Нравлюсь? — насмешливо выгибает он брови.

Понимаю, что рассматриваю его в упор, и это не очень красиво, но, несмотря на то, что моя адреналиновая атака исчерпала себя еще в метро, во мне сидит какая-то потребность… кусаться? Может, потому что мне все равно? Все равно, что он обо мне подумает!

— Звучит так, будто вам без разницы, — отвечаю, переводя глаза на потолок, по которому летают пухлые херувимы.

— Странно, — затягивается он. — Если бы это было так, я бы не стал спрашивать.

А это звучит, как подкат, который я игнорирую.

— Может быть вы просто хотели меня смутить? — пожимаю плечом.

— Кажется, нам стоит познакомиться как следует, может быть после этого ты перестанешь обращаться ко мне на “вы”.

Выпрямившись, вытягивает над столом руку:

— Владимир.

Его ладонь широкая, несмотря на то, что сам он не крупный.