Пара для дракона, или просто будь пламенем

 — Покажись!

Макс обернулся и прибалдел: метрах в трёх, привалившись плечом к дереву, стоял натуральный фэнтезийный мужик. Тут тебе и плащ чёрный пол подметает, и патлы чернющие, длинные, и меч в ножнах, и профиль благородный, как с древнего портрета. Ну чисто Арагорн!

Его губы не шевелились, когда он разговаривал — точно как Маллани, да. Только вот… мужик же не прикасался к нему? Или это Маллани жопорукая, а так касаться вовсе не обязательно?

— Что, плохой день? — спросил мужик сочувственно.

— А тебе-то что? — окрысился Макс. — Очень добрый? Пожалеть хочешь?

— О помощи попросить, — усмехнулся мужик. — Тут на несколько полётов ветров вокруг — ни одного вменяемого собеседника, или бездарные лишенцы, или вовсе зверолюди. Встретить в этой межмировой заднице могущественного пирокинетика вроде тебя — большая удача, а уж то, что ты умеешь общаться мысленно — вообще подарок. Обычно с первого раза выдают набор невнятных мыслеобразов.

— Ха! — сказал Макс. — Нашёл сложность. У меня это всегда легко получалось!

— Знаком, наверное, с кем-то из моего мира?

— Не без того, — отозвался парень хмуро. Он не мог понять, нравится ему новый знакомый или нет, но…

— Так что тебе нужно? Помощь, в смысле.

— Ах, это… Видишь ли, я тут на спасательной операции. У моей беременной невесты слабое психическое здоровье увы Во время одного из истерических припадков её по ошибке затянуло в активный портал. Я пришёл, чтобы вернуть их с ребёнком домой. Поможешь?

Перед глазами у Макса предстало лицо Маллани, и лишь миг спустя до него дошло: она не такая, как помнит он. На его памяти у неё никогда не было такой роскошной прически, да и вся из себя такая… чисто королевна. Глаза, правда, мутные — пьяная, что ли?

Он ещё раз окинул подозрительным взглядом мужика. Может, ему не очень нравилась пузатая Маллани, но рассказывать о ней первому встречному бомжу с горы не хотелось. Мало ли! Ей вон Игоря хватает.

Мужик, правда, казался нормальным, величественным даже. Ну, по фэнтезийным меркам. Материализуйся кто такой посреди их школьного двора, парни растащили бы его роскошные шмотки на сувениры, а девки облизали бы с ног до головы. Максим не был великим спецом с этих штуках, но киношники точно передрались бы за право поместить этого экземпляра на постер очередной влажной бабской киносаги с блестящим трупаком. Вряд ли Маллани возражала бы против такого, правильно?

— Это ты вовремя приехал, — сказал Макс. — А то крутятся вокруг неё всякие рыжие… Но ты не думай, твоя Маллани — кремень! Не поддаётся.

Последнее он добавил, потому что мелькнуло в глазах мужика что-то эдакое — как у Мишки, когда тот поджёг загулявшей Катьке волосы. Макс тогда вроде как и ржал вместе со всеми, что шлюха получила по заслугам, но вообще-то было гадко.