Кладбище для безумцев

 – И для чего?

И тут дверь склепа с грохотом захлопнулась!

Генри, Крамли и я закричали от испуга. Я схватился за Генри, Крамли схватил нас обоих. Фонарь упал. Мы с проклятиями наклонились, стукнувшись головами, и у нас перехватило дыхание, ибо мы услышали, как в двери поворачивается ключ: нас заперли. Мы стали обшаривать пол, чуть не подрались из-за фонаря и наконец направили дрожащий луч на дверь в жажде жить, видеть свет, дышать ночным воздухом.

Все втроем мы навалились на дверь.

И – о боже! – она действительно была заперта!

– Господи, как мы выберемся отсюда?

– Нет, только не это, – повторял я.

– Заткнись, – велел Крамли, – дай подумать.

– Думай скорее, – сказал Генри. – Тот, кто нас запер, пошел за подмогой.

– Может, это всего лишь сторож? – предположил я.

«Нет, – подумал я тут же, – это был Человек-чудовище».

– Нет, дай-ка мне фонарь. Ага. Черт! – Крамли посветил фонарем вверх, вокруг. – Все петли снаружи, до них не добраться.

– Что ж, вряд ли здесь есть другие двери, а? – высказался вслух Генри.

Крамли резко направил луч фонаря на его лицо.

– Что я такого сказал? – спросил Генри.

Крамли отвел луч света от его лица и стал обходить склеп, держа перед собой фонарь. Он светил то вверх, то вниз, освещая то потолок, то стены, затем провел лучом вдоль швов каменной кладки и вокруг маленького окошка, такого крохотного, что даже кошка не смогла бы в него пролезть.

– Может, покричать в окно?

– Не хотел бы я встретиться с тем, кто откликнется, – заметил Генри.

Крамли ходил кругами, размахивая фонарем.

– Другая дверь, – бормотал он. – Должна быть другая дверь!

– Должна! – вскрикнул я.

Я почувствовал, как в глазах закипают слезы, а горло пересохло от жестокой засухи. Я представил, как среди могил звучат тяжелые торопливые шаги, как они приближаются, чтобы убить меня, как стремительно надвигаются тени, чтобы задушить меня, они называют меня Кларенсом, они желают мне смерти. Я представил, как распахивается дверь и нас накрывает, захлестывает многотонная волна книг, фотографий и открыток с автографами.

– Крамли! – Я выхватил у него фонарь. – Дай-ка мне!

Осталось только одно место, где мы еще не смотрели. Я заглянул в саркофаг. Вглядевшись, я так и ахнул.

– Смотрите! – сказал я. – Там. Боже, что это? Ямки, зубчики, бугорки. Никогда не видел ничего подобного в могилах. А там, смотрите, на стыке: уж не свет ли оттуда пробивается? Точно, черт! Погодите!

Я вскочил на край саркофага и, удерживая равновесие, взглянул на одинаковые, равномерно расположенные зубцы на дне.

– Будь осторожен! – крикнул мне Крамли.

– Сам будь осторожен!

Я спрыгнул на дно саркофага.

Послышался скрип смазанного механизма. Подо мной пришел в движение какой-то противовес, и комната вокруг закачалась.