Игрушка для драконов

Я почувствовала электрические искры, побежавшие по моей коже, свет вдруг стал меркнуть, тело откликнулось на зов. В следующую минуту я обнаружила себя на столе с широко разведёнными ногами, с радостным стоном встречающую ласки чужого мужчины. Всей душой я ненавидела его за ту силу, которую он бесстыдно применял, чтобы подчинить моё тело.

— Скажи, что хочешь меня, — самодовольно улыбнулся Кеннет и провёл пальцами по внутренней поверхности моего бедра. Я застонала, но не хотела проигрывать, хотя и подозревала, что вскоре сдамся.

В тот раз кузен Рикарда не стал дожидаться капитуляции и резко ворвался в меня, причиняя сладостную боль, от которой темнело в глазах. Наш вздохи заполнили столовую, проникая сквозь щель под дверью в каждый укромный уголок дальних комнат. В воздухе запахло сладостью ванили и пряностью лесных трав. Я видела бусинки пота, выступившие на лбу любовника, я разделяла его звериную похоть. Была его женщиной, его страстью и одновременно пленницей. Жар чужого Дара подавил мою волю, смял достоинство и попрал всё то, чем я ранее гордилась: чистоту и гордость.

— А теперь пошла вон, — переводя дух после яркой разрядки, произнёс Дракон, и в голубых глазах отразилось брезгливость. Я понимала, что он хочет наказать меня за строптивость, но всё же готова была разрыдаться от унижения. Тот, чьё семя я только что с радостью приняла, гнал меня прочь, точно приблудную собаку.

А назавтра всё повторится вновь. Будет звон бокалов, и двое мужчин, которые делят меня между собой как вещь, даже не соревнуясь за первенство, станут отпускать комплименты и гладить по обнажённой коже. Я принадлежала обоим и никому в отдельности. Почти добровольный участник постельных утех, назначение которого стать сосудом для продолжения рода, но в отличие от многих других замужних женщин меня лишили права знать отца своего ребёнка.

Эти воспоминания нахлынули на меня вновь именно сейчас, когда я отправилась на ужин, обещавший пройти в совсем иной тональности.

Стоило выйти на террасу, освещённую с помощью пары ламп на потолке, как хозяин поднялся мне навстречу. Он был одет в серый костюм-тройку, в котором выглядел бы обычным завсегдатаем светских салонов, если бы не багровый шрам на одной половине лица и не внимательный взгляд серых глаз, выдававших в нём следователя.

Он молча отодвинул мне стул и дождавшись, пока я займу предложенное место, сел напротив. Я чувствовала себя неуютно под тяжёлым взглядом инквизитора, казалось, что моё нарядное платье здесь неуместно, и я вообще зря приняла приглашение. Первым заговорить должен был он, и это избавляло меня от досадных ляпов. Я даже не представляла, каким может быть тон разговора, если несколькими часами раньше мы уже всё сказали друг другу.