Укротить дьявола

От его мантии пахнет холодным осенним воздухом."

"Я вырываюсь из объятий мужчины и пячусь, ошарашенно слежу за ним и гадаю, кто это может быть. Если незнакомец, то выход лишь один, и надо им воспользоваться, пока не поздно:

– Простите, я из этой семьи… я здесь живу, случайно вышла и… в зале…

Незнакомец стоит надо мной не двигаясь, и сердце убегает в пятки, потому что Арье не стал бы вот так молча наблюдать за мной. Я инстинктивно двигаюсь назад, врезаюсь в кровать, шлепаюсь задом на зеленое покрывало.

Капюшон и тьма скрывают эмоции мужчины. Чувство, будто за мной наблюдает призрак: ты знаешь, что он рядом, но опасен ли? Хочет ли напасть? Кто он?

Я пытаюсь подняться.

Человек толкает меня обратно на скрипящую кровать, и в страхе я забираюсь на нее с ногами, отползаю подальше.

– Ты шпионила? – спрашивает он.

– Нет, я случайно оказалась у лестницы, а потом…

Вспоминаю, что прямо сейчас «Затмение» устроило казнь человека, и по коже пробегает дрожь. Меня морозит от ужаса. Все в резиденции – маньяки. И этот человек тоже.

Мужчина хватает меня за лодыжку и подтягивает ближе. Я дергаюсь. Хватаюсь за одеяло. Нащупываю в кармане раскладной нож и вытаскиваю его, чтобы отбиться, но человек перехватывает мою руку, отбирает оружие и нависает надо мной, придавливая к кровати.

– Хочешь, чтобы я тебя связал? Я свяжу. Потом позову Стеллу, и ты расскажешь нам, с каких пор живешь в резиденции, а то я соседей не заметил.

Я вдруг узнаю голос мужчины. От страха не сразу опознала, но…

– Лео?! – восклицаю, округляя глаза.

– Что. Ты. Здесь. Делаешь? Говори, – сурово требует он.

– Спроси у своей тети, – гаркаю я, стараясь отобрать нож. – Давай! Зови ее. Пусть расскажет, как она похитила меня и притащила сюда.

– Похитила? – усмехается Шакал. – Вот как? Ладно. А с каких пор пленникам разрешено разгуливать по дому?

Лео снимает капюшон. Я выдыхаю, видя его саркастичную улыбку.

– Хочу и гуляю, ясно? – огрызаюсь.

– Ах, извините. Позвольте провести вас на мероприятие в качестве почетной гостьи.

– Чтобы мне отрезали голову?

– Тебе скорее язык отрежут. Больно длинный.

– Балахон у тебя больно длинный! Убрать красный цвет – и вылитый дементор. И, боже мой, ты снова в «Затмении»? – завываю я. – Там внизу человека убить собираются! И ты в этом участвуешь. Кем бы он ни был, вы не имеете права убивать его, слышишь? А вдруг вы ошибаетесь? Вдруг его подставили? Ты сам говорил, что в тюрьмах часто сидят люди, которым заплатили за то, чтобы они взяли на себя вину, или те, кто ни при чем.